В поисках социалистического Эльдорадо: североамериканские финны в Советской Карелии 1930-х годов [litres]

Переход столовых инрабочих в полное ведение Инснаба вызвал массу разговоров, недовольств и вопросов, до сих пор не разрешенных. В Матросах, кроме 300 инрабочих, имеется около 10 ч[еловек] перебежчиков, которые до мая месяца столовались вместе с инрабочими. Инснаб же, взяв столовую под свое ведение, категорически потребовал исключения указанных 10 перебежчиков из столовой, несмотря на коллективную просьбу инрабочих, заявивших о своем желании из своих пайков кормить этих 10 человек, чтобы для таковых не открывать новой столовой. Однако Инснаб не согласился, и ныне в Матросах существует две столовые (как их называют инрабочие, одна для «господ», вторая для «пролетариев»). Кроме того, в прошлую зиму для каждой бригады и группы рабочих, работающих на л[есо]заготовках, на месте работ в лесу была обеспечена горячая пища. Инснаб же категорически отказывается открывать в лесу столовую менее чем на 60 человек, а группы рабочих в лесу представляют 15–20 чел[овек] и не более 30 ч[еловек]. Данный вопрос до сих пор не разрешен и нервирует рабочих. Плохо обстоит вопрос с переброской Инснабом продуктов на места, например: в Ухте, где ныне имеется около 250 чел[овек] инрабочих и их семей, магазин Инснаба имеет продуктов из расчета 70 чел[овек] и то только на 4 месяца[288], причем отсутствуют первоочередные продукты, как то: крупа, макароны, мука, мясо и др. Имеется со стороны инрабочих недовольство на нечуткость и бюрократизм Инснаба. В Ухте один работник является уполномоченным Инснаба, приказчиком, зав. складами и бухгалтером-счетоводом, в связи с чем не сумеет справиться со всеми этими обязанностями, рабочие для получения продуктов должны стоять в очередях. То же в магазине Инснаба в г. Петрозаводске. Обслуживающий персонал грубо обращается с покупателями[289].