Электронная книга - «Дитя Советского Союза (СИ)». Краткое содержание книги:
Воодушевившись этим кратким пересказом всей сказки в целом, Ваня запрыгал на месте, став хлопать в ладоши, чем заслужил неодобрительный взгляд отца.
— Пап, я хочу стать львом!
— Ну какой же ты лев, глупышка? — закончив с галстуком, Александр подошёл к сыну и поцеловал его в макушку. — Ты медвежонок косолапый.
Пройдя на кухню, где для Вани варился завтрак, обед и ужин, Союз подошёл к плите, на которой стояла кастрюля с бурлящим содержимым. Кашу наш Ваня недолюбливал, как и многие другие дети, поэтому Александр решил разнообразить его рацион и сварил молочный суп, который представлял из себя лапшу, сваренную в молоке.
Открыв крышку и взяв в руку ложку, Союз помешал содержимое кастрюли, а после с досадой произнёс:
— Разварилась.
Да, лапша разварилась и превратилась в липкую кашу, отсюда можно сделать лишь один вывод — невозможно делать два дела одновременно: и на работу собираться, и за плитой следить. Похоже, Ване сегодня в любом случае придётся давиться кашей.
Усадив сынишку за стол и поставив напротив него тарелку с молочным супом, Александр посмотрел на часы. Без десяти минут восемь, обычно Литва приходит к полвосьмого, но сейчас почему-то опаздывает. Видать, пробки на дорогах.
Не успел Союз придумать этому обнаглевшему мальчишке заслуженное наказание, как дверь со скрипом распахнулась и в прихожую вошёл Литва. Судя по его усталому виду и красным глазам, он вчера поздно лёг спать, поэтому проспал. А всё потому что Союз приказал к утру вычистить чердак до блеска, вот Торис, не жалея себя, и вычищал его. Одни только коробки со всяким барахлом два часа таскал.
— Литва, в этот раз посидишь с Ваней до вечера. Я вернусь скорее всего поздно. Уложи его сегодня пораньше, а будет капризничать, — Союз задумался, будто подбирая подходящее для сына наказание, вот только Литва не дал должным образом сосредоточится на данной мысли, перебив её своей речью.
— Не беспокойтесь, — с улыбкой отмахнулся он, будто речь шла не о ребёнке, а о собаке. Щенке, если быть точным. — Ваня послушный мальчик и мы с ним вроде бы сдружились…
— Па-ап! Каша упала на пол! Я не буду её есть.
Литва с круглыми глазами повернул голову в сторону кухни, в них так и читался немой вопрос, который просто безумно хотелось огласить вслух, мол, что, прости?! Как каша вместе с тарелкой могла упасть на пол?! Объясни мне эту аномалию, пожалуйста.
— Удачи, солдат, — похлопав его по плечу, Александр спешно удалился за дверь, перекладывая все последующие дела и проблемы на плечи сами знаете кого.
С тяжёлым вздохом Литва направился на кухню и, едва не поскользнувшись на разбросанной по полу непонятной сероватой массе, Торис с пониманием посмотрел на мальчика. Такое месиво он бы и сам есть не стал, если бы только его не приготовила Беларусь. Тогда другое дело, он бы без раздумий съел всё до крошки и тарелку бы облизал.
Добавив в молочный суп побольше сахара и помимо того разрешив Ване добавить туда ещё и малиновое варенье, Литва всё же сумел накормить ребёнка. После завтрака Литва как всегда принялся за мытьё посуды, а Ваня убежал играть в свою комнату.
Как только Торис закончить с мытьём посуды, на кухню прибежал Ваня с криками:
— Литва, я есть хочу!
Вздрогнув, Торис удивлённо посмотрел на мальчика, который был прожорливым как саранча. Неудивительно, что Союз из Кремля не вылезает, чтобы прокормить его.
— Мы же только что поели, Ваня. Обед будет не раньше двенадцати.
— Это было давно и неправда! — захныкал Ваня, пытаясь разжалобить Литву хоть на маленькую печеньку.
— Тише, не кричи. Если всё ещё голодный, то могу разогреть тебе молочный суп.
Ваня обиженно надул губки, стоя в ожидании, когда ему предложат что-нибудь сладенькое. Литва достаточно хорошо знал Ваню, чтобы по одному только взгляду понять, чего он добивается. Тяжело вздохнув, Торис с сарказмом произнёс:
— Печенье закончилось.
Надувшись, как рыба фугу, Ваня обиженно выбежал с кухни, а Литва опять же вздохнул. Если Ваня пришёл к нему в надежде получить печенья, то мог бы так и сказать, но по-видимому он решил схитрить и в итоге остался ни с чем.
После обеда Торис решил прилечь отдохнуть, пока один маленький чёртик взялся за кисть со словами «хочу нарисовать портрет папы». Учитывая его способности в плане изобразительного искусства, рисовать этот портрет он будет долго, очень долго.
Не успел Торис закрыть глаза, как в комнату вбежал Ваня с криками:
— Литва! Достань мне книгу с верхней полочки!
В мыслях ругая производителя этого маленького зла, Литва поднялся с дивана и направился следом за Ваней. Взяв книгу, Торис, не посмотрев даже на корешок книги, протянул её Ване. Тот внимательно осмотрел обложку и вернул её назад Литве.
— Это не книга по рисованию.
— Так ведь у нас и не было книги по рисованию.
Пробурчав себе под нос нечто невнятное, Ваня снова убежал куда-то. Воспитание ребёнка — тяжкий труд, особенно если это ребёнок империи зла.
***
С того дня, как распался Советский Союз и спустя три года вслед за ним исчезла и его персонификация, Ваня понял для себя одну единственную незамысловатую вещь. За всё это время он ни разу не виделся со своей второй няней.
С этими мыслями Россия решил впервые за двадцать лет с хвостиком сделать незваный визит Литве. Нет, Ваня не скучал по Торису, тут скорее большую роль сыграл живой интерес и вопросы рода как же там поживает Литва, помнит ли его.
Однако дома Литвы не оказалось, на двери весела записка, гласящая «Ушёл в архив, скоро вернусь». Следуя этому указанию, Ваня присел на ступеньку. Когда наступит это «скоро», он не имел даже и малейшего понятия, но отступать от поставленной цели не собирался и поэтому принялся ждать.
Не прошло и пяти минут, как к дому Литвы подошёл невысокий паренек со светлыми волосами и зелёными глазами, который критичным взглядом осмотрел Ваню с ног до головы и не очень гостеприимно произнёс:
— Эй, ты кто?
— Россия, — прошептал Ваня, переводя взгляд со своих коленей на парня. — А ты кто?
После такого ответа юноша впал в ступор, будто услышал новое слово и теперь пытается его проанализировать. Да, живя затворником и около пятнадцати лет не показываясь на глаза другим странам, Россия понимал, что не все страны знают его в лицо, но тут явно был какой-то особый случай.
— Что это? Страна? — с недоверием поинтересовался он, точно не веря ни единому его слову. — Она находится далеко от Варшавы?
— Далековато, — неуверенно проговорил Ваня, понимая, что перед ним судя по всему стоит Польша. — Литвы сейчас нет дома.
После подобного заявления Польша как-то странно покосился на Ваню, в его взгляде так и плескалось удивление, смешанное с недоверием. Неужели Россия настолько подозрительно выглядит?
— А ты значит друг Литвы?
— Скорее старый знакомый, — пробормотал Ваня, пряча нос в шарф.
Их отношения с Литвой воистину было сложно как-либо охарактеризовать, они не друзья и не враги, да и старыми знакомыми их с большой натяжкой можно было назвать. Но в года СССР они были кем-то вроде семьи, как и те другие четырнадцать республик.
— Ты знаешь, какая страна самая крутая в мире? — поставив руки вбоки, Польша с каким-то одному ему ведомым пафосом окинул Ваню заинтересованным взглядом.
Растерявшись, Ваня с заминкой неуверенно проговорил:
— Даже не представляю, но могу предположить, что Польша.
— А ты, оказывается, толковый парень. Если ты друг Лита, значит и мой тоже! — протянув руку, Польша наконец-то решил представиться своему собеседнику. — Феликс.
— Иван, — спустившись к нему, Ваня с улыбкой пожал руку своему новому знакомому.
— Ю-ху! У меня плюс один новый друг! Ну ладно, раз Литвы нет дома, то я пошёл.
Отсалютовав на прощание, Феликс исчез из поля зрение также неожиданно и быстро, как и появился, Ваня даже не успел расспросить его о том, кем он является для Литвы. Другом? Окажись Ваня на месте Литвы, точно не стал бы связываться с этим шумным подростком.