Электронная книга - «Дитя Советского Союза (СИ)». Краткое содержание книги:
Стоя в ожидании, Германия не успел отрепетировать заранее выученную речь, как дверь резко открылась, а на пороге стоял Россия, помятый и какой-то сонный.
На сей раз Ваня остановился в загородном доме премьер-министра, возможно в его недосыпе виноваты шумные соседи.
— Неважно выглядишь, — тонко подметил немец.
— Знаю, — сердито буркнул Ваня, освобождая проход. — Зайдёшь?
Германия не ответил, молча проходя внутрь и останавливаясь возле него. Смысла проходить в гостиную или ещё куда-то просто не было, Людвиг к нему не на чай пришел. Хотя от чая Германия бы не отказался, он так спешил сюда, что даже не позавтракал.
— Я много думал этой ночью и понял одну простую вещь. Ты же не отстанешь, пока не удовлетворишь свой интерес? — Людвиг машинально кивнул. — Так вот, сейчас я готов ответить на все твои вопросы, — кивнув, Ваня сделал шаг назад и, присев на банкетку, продолжил разговор. — Ты хочешь поговорить о Союзе?
— Скорее о том, почему он избивает тебя. Даже не так, почему ты терпишь это? Он ведь просто тебя использует, а когда добьётся своего, от тебя просто избавится.
— Всё не так, это не Союз использует меня, а скорее я его. После предательства Украины я был разбит, духовно сломлен. Самым правильным моим решением было принять помощь отца, а точнее заставить его на себя работать. Потому что, — стыдливо опустив голову, Ваня продолжил, но уже тише, — я просто трус, который всю жизнь убегал и прятался от своих проблем, а сейчас, когда эта политическая волна с головой стала накрывать меня, я не спрятался, а просто переложил этот груз обязанностей на чужие плечи.
От подобного заявления, по большей части смешанного с оправданиями, голубые глаза Людвига сами собой поползли на лоб. В данный момент Германии как никогда прежде было очень тяжело распознать ложь, оттого он и не мог понять, врёт ли ему Ваня или говорит правду.
— Но ведь Союз живёт за счёт тебя, — подобное заявление было сказано таким тоном, будто Людвиг хотел выгородить Россию и свалить всю вину на Союза.
— Верно, — стерев рукавом выступившие слёзы, Ваня поднял на него слезящиеся глаза, продолжая ломать выстроенный в голове Людвига образ Союза. — Потому что я ему это позволяю. А когда он станет мне не нужен, то просто избавлюсь. Тогда его душа обретёт покой.
— Я не понимаю…
В сложившейся ситуации Германии вконец перестал что-либо понимать. В первую очередь он не мог понять, зачем России понадобилась помощь Союза, чтобы решать возникающие политические проблемы, и зачем Ваня вообще держит подле себя столь опасного человека, который в любой момент может поменяться с ним ролями.
— Мне не нравится политика отца, в ней однозначно нужно что-то менять, иначе произойдёт ещё один распад. На сей раз Российской Федерации. Но чтобы быстрее адаптироваться и войти в курс дела, я старался во всём его слушаться и делать так, как хочется ему, и благодаря этому я наперёд знал все новости мирового рынка.
Кажется, Ваня хотел что-то ещё сказать, но почему-то резко замолчал и уставился куда-то за спину Людвига, будто привидение увидел. Обернувшись по зову интуиции, Германия увидел стоящего возле окна Союза, который, судя по всему, слышал их разговор от и до и конечно же уже успел сделать для себя какие-то выводы.
— Ваня? — Союз строго обратился к сыну.
— П-прости, — испуганно пискнул Ваня, начиная молиться всем возможным богам.
— Завидую, что у меня нет такого сына, — всё это время стоявший в сторонке вместе с Союзом Рейх наконец-то подал голос, умилённый высказыванием столь юного, но умного паренька. — Саша, ты воспитал достойное своё продолжение.
Растерявшись, но быстро сумев вернув себе природное спокойствие, Людвиг возмущённо кашлянул, снова этот Рейх взялся за своё. Впрочем, их война ведь так и не закончилась на мирной ноте.
Пронзив отца возмущённым взглядом, Германия только сейчас заметил под правым глазом Рейха внушительного размера синяк. Видно, советы Пруссии по поводу того, как подмять под себя непрогибаемый Советский Союз, не пошли на пользу. Как говорится — результат на лицо.
Испугано смотря на Александра, на лице которого читалась лишь одна ярко выраженная эмоция — удивление, Ваня растерянно защебетал:
— Прости, отец… Я просто пользовался тобой, пока это было возможным.
В несколько шагов преодолев разделяющее их расстояние, Союз сорвал Россию с банкетки и крепко обнял его, как в детстве, только взять сына на руки Союз уже вряд ли сможет.
— Ваня… Нет! Российская Федерация, ты только что оправдал своё имя не только Всемирного зла, но и могущественной сверхдержавы. А самое главное, ты наконец-то вырос и стал достойным того, чтобы принять моё наследие. Я горд назвать тебя сыном.
— Нет! — выскользнув из объятий, Ваня, точно нашкодивший котёнок, смотрел на него испуганным взглядом. — Пожалуйста, отец, не смей хвалить меня за это. Я ведь… Я же предал тебя.
— Тебе виднее, — не видя смысла в разгорающемся споре, Союз опустил ладонь на плечо сына и бросил напоследок. — Я даже и представить не мог, какого потомка вынашиваю. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Возвращаясь к заскучавшему гостю, не отвлекаясь более на стариков, Ваня, пристыжено склонив голову, вновь опустился на банкетку. Воцарившееся молчание только свидетельствовало о том, что их разговор исчерпал себя, но при этом остался незаконченным.
Сейчас Ване лучше всего побыть одному, прийти в себя после случившегося и ещё раз подумать над тем, что он сказал несколькими минутами ранее. Как бы сильно Германии ни хотелось допросить его, сейчас это будет сделать очень сложно.
— Ты ведь от господина Рейха узнал о том, как можно самым быстрым способом уничтожить Союза?
Столь неожиданный вопрос заставил Людвига не то что растеряться, а на долю секунды и вовсе забыться. Похоже, Ваня был не настолько потерян в своих мыслях, как ему казалось, у него ещё остались силы задавать вопросы, причём весьма нескромные вопросы.
— Да, я подслушал их разговор с Гилбертом.
— Это я ему сказал, потому что хотел, чтобы в будущем ты обязательно воспользовался этой информацией.
Смущённо отведя взгляд в сторону, Германия едва сдержался, чтобы не закричать от радости. Если Ваня хотел, чтобы именно Людвиг лишил его девственности, можно ли считать подобное заявление признанием в любви?
Вновь пересилив себя, воздержавшись от подобного рода расспросов, Германия выдохнул и задал вопрос исключительно по теме:
— А как ты объяснишь ссадину на щеке?
Коснувшись окровавленного бинта на щеке, Ваня замялся, явно не желая отвечать на данный вопрос, кажется, ему снова стало стыдно. Видать в этом и правда как-то замешан Союз.
— Повздорил.
— С кем? — машинально спросил Людвиг, вынуждая Ваню вновь замяться.
— С твоим братом. Он плохо отзывался о моей стране.
— Гилберт, — смакуя этим именем с мыслью о предстоящей разборке, Людвиг приблизился к нему, дотронувшись кончиками пальцем до окровавленного бинта, осторожно отклеивая пластырь и совсем убирая его. — Рана рваная, он что, снова стрелял в тебя?
— Нет, ну… Как бы объяснить? — забормотал Ваня, боясь ненароком оговорить Пруссию и нарваться на очередную разборку. — Это вышло случайно.
— Вот как? В таком случае я жажду подробностей.
— Подробностей не будет, — отрезал Ваня, чем вызвал ещё больший интерес у Людвига.
— Сам же сказал, что я не отстану, пока не получу ответы на все свои вопросы.
Прикусив нижнюю губу, Ваня задумался и прикрыл один глаз от боли, чувствуя, как Людвиг прикладывает к его щеке платок, убирая выступившую кровь. Понимая, что сам себя загнал в тупик, Ваня выдохнул и произнес:
— Ты наглый.
— Приму это за комплимент, — с улыбкой произнёс Германия.
— И настырный, — заражаясь его примером, Россия улыбнулся, будто хотел передразнить собеседника, чем заслужил поцелуй в макушку, от которого его передёрнуло, и чтобы не схлопотать ещё один, Ваня начал свой рассказ. — В тот день Гилберт снова пришёл ко мне и стал просить поговорить с тобой. Я отказался. Но он моего отказа не принял и сказал…