Давай перевернём Вселенную (СИ)
- Автор: Колотилина Октавия
- Язык: русский
- Жанр: Прочее фэнтези
Электронная книга - «Давай перевернём Вселенную (СИ)». Краткое содержание книги:
Сидящая рядом девочка-киборг прошептала:
– Невероятно, Доктор, ты его стабилизировал! Ментальные техники?
Тот глянул в ответ с осуждением:
– Нет, только слова. Разговаривай. И вот что: пока мастер Тиралик-да не научится переносить вид открытого космоса, дальше идти невозможно. Отдохнёт, нарисуй ему звёздочку.
Аника помогла подняться и повела к лестнице; ноги заплетались.
– Может, ещё и придётся на сковородку, – пробормотал Доктор вслед.
От этого замечания спину обдало холодом.
***
Лекарственный справочник был раскрыт на середине. Уткнувшись в него лбом, Инга спала. На кровать она свалилась, как сидела, в своём неудобном юбочном костюме, причём босоножки ещё касались пола.
Винтераксис усмехнулся: неделю она глаз не сомкнёт, ага. Теперь ничего не стоит подойти к её примитивной машине и переделать под себя интерфейс – блондинка даже не додумалась поставить систему защиты или запереть где-нибудь гостя.
Стоило ли такой доверять судьбы? Натворит дел, порушит весь труд. Лучше бы стереть девчонку, взять тело да поискать кого потолковее.
Поискать, ха. За полторы сотни лет никого не нашёл, а тут будет искать. Засиделся без сохранения. Ресурсы разума давно исчерпаны, ничего уже не запоминается, сколько тело ни обновляй. Давно следовало вступить в новый цикл, а той дать отдохнуть.
У истока Древа, когда его ствол снаружи могли охватить всего семнадцать человек, таймлайн Девочки-которая-учится распался на две ветки, на двух Изначальных: Первая собирала знания и перерождалась, Вторая следила за порядком. Через несколько десятков жизней Первая устала, Пути её проваливались, не получалось их пройти. Тогда в цикл перерождений вступила Вторая, Первая же стала друидом. С тех пор так и повелось – Изначальные меняются, как-то подают сигнал одна другой, что пора. Не поэтому ли Инге дана невиданная мощь? Затянул Винтераксис с передачей полномочий, затянул.
Но слишком уж неприятно это, когда тебя режут серпом. Ещё бы пара лет, и удалось найти способ передачи талантов через фонарь, без взятия копии сознания. Если захватить молодой разум, не обременённый памятью о годах борьбы и опытов, можно продолжить работу.
И вот преемница сама подставляет горло: не пожелала уничтожить, не заперла, да ещё и уснула. Давай, мол, Винтераксис, действуй.
Только нет никакого желания блондинку кромсать и стирать. Добрая она. С гусеницами боролась, время своё тратила; жука отпихнула, не почуяла подвоха, что силы её проверяют; на жалобу, мол, поразговаривать не с кем, тут же отозвалась, поддержала друга.
Друга. Друга…
Он тихонько поднял ноги девушки, уложил их на кровать. Та перевернулась боком, подтянула колени к животу, пробормотав что-то во сне. И взять-то с Инги нечего, рассечёшь, а там усидчивость, как у всех, да сострадание с доверчивостью. Силы вот только немерено отпущено, и зачем Древо столько вложило? Не иначе, миссия какая-то важная у неё.
Ишь, дрожит.
Винтераксис принёс одеяло, укрыл спящую. Сел у компьютера – нет, даже не запаролила, каково?! – и принялся просматривать её встречи с Алексеем.
Ох и плутовка, много раз пыталась Нерушимый Запрет преступить, «Храни чистоту». Сама целоваться лезет – сама же и отпихивает парня, установка-то действует. Ага, вот в парке они гуляют среди цветущих яблонь, Алексей её хватает… Тут уж Древу приходится вмешиваться, разбойников с битами подпускать, чтобы отвлечь.
Поздновато, поздновато это, девятнадцать лет. Могла бы и раньше выучиться. Неужели настолько сложный Путь?
Начал просматривать годы непрерывной зубрёжки, многочисленные экзамены и комиссии. Старательная девочка, в лени не упрекнёшь, на Сумеречную Искорку похожа.
Она пошевелилась, вскрикнула во сне.
Винтераксис выпрыгнул из кресла: ничего, спит.
Шкаф не гудел, скрывая ужасный аппарат с острыми молотящими зубьями. Как быстро он пережевал мышь, только ошмётки на валики намотались… До сих пор от копыт до макушки передёргивает о том вспоминать. Бывают же щадящие способы стереть! Нет, выпала ему именно такая отвратительная мясорубка.
Возле шкафа валялся церемониальный серп. Знала бы Инга, сколько ему веков! Не смеет девчонка так обращаться…
Хотя она же когда-то и сковала лезвие, и руны нанесла на рукоять. Кому ещё его отбрасывать?
Винтераксис подобрал серп, поискал чехол. Инга разметалась во сне, уронила на грязный пол одеяло. Подошёл, чтобы укрыть снова…
Она подскочила на кровати. В ужасе распахнула глаза, глянула в сторону горящего экрана, уставилась на серп. Винтераксис бросил его, но поздно: хозяйка, даже не подходя к рабочему месту, вызвала «руку». Учится…
Шкаф распахнулся, валики застучали. Что, неужели прямо сейчас туда засунет?.. Из собственного горла вместо слов вырвалось бульканье. Да и не пропал бы голос – бесполезно оправдываться: стоял же над спящей, с оружием, и компьютер её включил, значит, мог переделать интерфейс под себя, злоумышлял…
В прошлый раз «рука» так сжала рёбра, аж захрустели, и живот сдавила. О Древо, снова терпеть!
Гигантские пальцы кинулись…
И пронеслись мимо, схватили серп, потащили его к шкафу. Решила не нападающего наказать, а оружие?
– Не-ет! – закричал Винтераксис. – Не сме-ей уничтожать его, это твой инструме-ент, чем от Зимнего друида отобьёшься?!
Но девушка бросила реликвию на валики. Аппарат перешёл на визг, и комната заходила ходуном, посыпались книги с полок; Инга, шатаясь и падая, добралась до шкафа, захлопнула створки.
Всё подпрыгнуло – и затихло. За окном в тонкой розовой руке рассыпался прахом настоящий серп.
Когда землетрясение закончилось, хозяйка принялась убираться. Она лишь себя ругала за сонливость, не возмущалась предательством, не задавала вопросов, как будто и не ждала другого от Винтераксиса.
И это было самым обидным.
***
Коричневое щупальце толщиной в палец, исходящее из системного блока, хлестнуло по углу холодильника – и закрутилось в узел. Ингу как будто ударили в область солнечного сплетения. Она пыталась освоить новый инструмент, «щуп мышления», но хруст под ухом ужасно мешал.
Витёк сидел на подлокотнике кресла рядом и догрызал последнее яблоко.
– Вку-усное, – заметил он. – Благодарю, что поделилась жизненной эне-ергией. Лишнее это, мне через пять дней уходить, но мило с твоей стороны.
Огрызок подлетел к потолку. Длинный «щуп» кончиком захватил мусор, сложил в корзинку у шкафа – в конце дня отправится на утилизацию. Лось заметно нервничал, когда работал шредер, поэтому Инга старалась не включать его часто.
– Пур-рр, неплохо, блондинка. Пойду прилягу, тренируйся пока.
– Эй, куда! Ты обещал показать, как управлять судьбами через Древо.
Лось кивнул на агрегат под столом, обмотанный синей изолентой:
– Как управлять, как управля-ять… Открываешь проход и управляешь судьбами. Я тебе зря видеомагнитофон собирал? Смотри, разбира-айся.
– Ну Витёк!.. Две серии «Май литл пони» и пончики испеку, идёт?
– Не уме-ешь ты печь. Четыре серии и суши закажи. С авока-адо.
– Четыре серии?! А спать мне когда?
– Одна де-евушка хвасталась, что может неделями не спать.
– Уговорил, четыре серии. И авокадо. Так я открываю проход?
– Дава-ай, но не иди туда, а тяни «щуп».
За окном от фонаря к фонарю порхали огромные бабочки-голубянки: тело Инги и так было в Древе. Удастся ли, находясь здесь, ещё и открыть дверь сюда же из разума?
Инга обошла свою комнату: ни на потолке, ни под лабораторным столом, ни за томами на книжных полках двери не было.
Бред. Как войти туда, где ты уже находишься? За окном вспух пол, вылез красноголовый подосиновичек, затем – второй, третий. Крепыши принялись расти, торжественно раскрывать колпачки-шляпки. Ножки пёстрые, толщиной с батон – одного такого гриба на жарёху хватит.
И тут Ингу осенило: окно! Она решительно перегнулась через компьютерный стол и распахнула раму. Ворвался поток свежего, весеннего ветра, протянулись мягкие лучи, словно июньское солнце сквозь листву, и комната как будто начала кружиться, контуры предметов смазались и поплыли.