Божественный лик Византии

Не случайно в течение нескольких столетий известное противостояние германских народов и Византии имело точкой преткновения один, но самый главный вопрос: кто истинный император Священной Римской империи, которая, как известно, «едина и неделима»? Иными словами, ни византийцы, ни германцы даже не предполагали возможности наличия в мире одновременно двух христианских империй. Даже появление Западной Римской империи, автономной и независимой от Константинополя, не влекло за собой окончательного раздробления христианской цивилизации на два лагеря.

Надо сказать, статус Западной империи не оставался стабильным в течение времени. Первоначально, когда Римский папа Лев III (795—816) торжественно венчал Карла Великого (800—814) императорским венцом, подразумевалось, что, в отличие от «ересиархов» – императоров в Константинополе, великий франк является подлинным государем Священной Римской империи. Но затем, вследствие явного несоответствия этой претензии фактическим обстоятельствам, данная идея сама собой увяла.

Даже когда орда крестоносцев захватила в 1204 г. столицу Византии и покончила, как казалось тогда – навсегда, с «империей греков», возникла Латинская империя. Вопрос о воссоздании Священной Римской империи в прежних пределах не стоял: к тому времени политические отношения стали столь запутаны и многообразны, что свести, как прежде, все к одному знаменателю оказалось уже невозможно.

Тем не менее даже после этого события Германский монарх попрежнему венчался императорским венцом в Риме. И дело заключалось не только в политических амбициях представителей германских правящих династий. Просто без Империи и императора христианская цивилизация Запада не могла существовать. Да, Франция и Испания, Англия и Италия давно уже стали самостоятельными, суверенными государствами, но и для них зримым единством христианского мира являлась не только Римская церковь, но и Западный император.