(Само)обман (СИ)
- Автор: naarzi
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «(Само)обман (СИ)». Краткое содержание книги:
Сюэ Яну довольно любопытно развить эту тему, но не настолько, чтобы позволить себе тратить время. Он не может гарантировать, что твердость его намерений не пошатнется, и за это он безумно на себя зол. Но от привычных поддразниваний удержаться невозможно.
— Ох, а я только хотел сказать, что могло бы получиться интересно, правда, лучше цепи заменить веревкой и никого нигде не запирать, а то потеряется половина веселья… И кто знает, вдруг у тебя все получится! Или, что вероятнее, у меня.
— Пожалуйста, не пытайся сгладить ситуацию. Ложные надежды сделают мне только хуже, — просит Сяо Синчэнь, отстраняясь, чтобы наклониться за своей одеждой.
— Не вижу слезы радости.
Слепышка даже не трудится поднять голову: как полоскала в тазу какую-то тряпку, так и продолжает. В последнее время она почти не выходит из своей комнаты, если есть риск столкнуться с Сюэ Яном, или сразу же бежит на улицу, лишь бы не находиться с ним в одном помещении. То ли разумно опасается, то ли ей просто тошно о нем даже думать.
Сюэ Ян сам не в восторге от ее общества и не особо стремится заходить на ее территорию, но ему нужно сказать девчонке пару слов перед уходом.
— Было бы чему радоваться, — хмуро бросает она, но все же отрывается от своего увлекательнейшего занятия.
— Как это чему? Ты же добилась своего — я ухожу, — криво усмехается Сюэ Ян, без приглашения садясь на кровать. Ерзает на месте, пытаясь определить, а не удобнее ли она его собственной, не прогадал ли, когда позволил даочжану перебраться к себе. Может, надо было самому сюда переместиться?
— Если бы я тебя еще тогда прогнала, я бы праздник закатила на весь город! А так ты сам сбегаешь, как псина нагадившая, — выплевывает Слепышка, доставая из таза тряпку и начиная ее выжимать. Костяшки на пальцах белеют — с таким рвением она это делает, не иначе как на месте тряпки шею Сюэ Яна представляет.
Тот задумчиво рассматривает девчонку. По его мнению, она должна быть на седьмом небе от счастья при любом раскладе, но отчего-то это не так.
— То есть ты тоже жаждешь, чтобы я остался? — с насмешкой интересуется Сюэ Ян. Он не знает, что сказал ей даочжан, когда ставил в известность, но наверняка не был воплощением радости. — Воспылала ко мне внезапной любовью?
— Мечтай! Ты все такой же гадкий и ничего хорошего не заслужил. — Слепышка не может найти своим рукам место, потому тряпка возвращается в грязную воду. — А даочжан заслужил.
— И? — пытается уловить связь Сюэ Ян, испытывая некоторое замешательство.
— А то, что ты, дурак такой, почему-то ему нужен! — с горечью говорит она, болезненно кривясь.
Сюэ Ян вполне может ответить — этот вопрос как раз очень легкий: у даочжана всего лишь нездоровый инстинкт подбирать всех сирых и убогих, просто в его случае эта дурная привычка переросла в самую запущенную стадию. Однако он не делится своими умозаключениями, рано или поздно Слепышка сама дойдет до этой мысли.
— Что, нечего сказать? — продолжает она, воспринимая молчание как вызов. — Никогда не пойму, на кой ты ему сдался, но если ему хорошо, я согласна тебя терпеть. И вот теперь тебе приспичило снова все испортить! От тебя один только вред, что бы ты ни делал.
— За языком следи, — почти дружелюбно советует ей Сюэ Ян. Больше всего ему сейчас хочется встать и макнуть нахалку лицом в таз. И возможно, подержать там, пока последние пузыри не перестанет пускать.
— Ты зачем вообще ко мне пришел? — спрашивает она, поднимаясь на ноги. — Доброго пути желать не стану.
Сюэ Ян тоже поднимается и встает напротив.
— Слушай меня внимательно, поганка, — говорит он, пихая ей в руки небольшой мешочек. Та удивленно взвешивает его в ладони, оценивая непривычно внушительное содержимое. Ну да, там солидная заначка, выуженная из карманов местных простаков, и довольно жаль с ними расставаться. — Не разбазарь все в первый месяц — это не на твои гулянки. Даочжану я даже предлагать не стану, он не возьмет, да и обдурит его первый же встречный.
— Вроде тебя? — ядовито спрашивает она, но все же сноровисто прячет деньги за пазуху. И Сюэ Ян не уверен, что сможет их с первого раза найти, если ему придет в голову забрать подарок обратно.
— И еще кое-что, — со скрипом зубов он игнорирует нападки, про себя отмечая, что ему, на самом деле, ощутимо не хватало препирательств хоть с кем-нибудь: с даочжаном спорить на редкость уныло и бессмысленно, исключительно по причине нежелания Сяо Синчэня ввязываться в любые распри.
— Ну? — щурится белыми глазами Слепышка. До чего же мерзко выглядит, пускай бы лучше тоже повязку носила, а то похожа на мертвую рыбину.
— Если вдруг когда я вернусь, обнаружу здесь кого-нибудь лишнего… — говорит Сюэ Ян, и, встретив непонимание на лице собеседницы, поясняет: — Бабу какую-нибудь или, не приведи демоны, мужика, — отвечать за это будешь ты. Усекла?
Вместо ожидаемого страха от поступивших угроз Слепышка несколько мгновений хранит молчание, а потом прыскает от смеха. Заливается она долго, хлопая себя по колену и едва ли не всхлипывая.
Приходится отвесить ей подзатыльник, чтобы угомонить. Сюэ Ян не видит ровным счетом ничего смешного в своих словах, а уж он-то знает толк в веселье. Ему действительно не нужны никакие посторонние лица: если даочжан успеет утешиться с кем-нибудь за время его отсутствия, то вся затея утратит всякий смысл. А ему претит делать что-то впустую.
— Иди уже, надоел, докука, — дует губы Слепышка, потирая голову. — Если ты не вернешься, как обещал, я тебя найду и сама притащу обратно.
Интересная какая. Сяо Синчэнь гораздо трезвее оценивает свои возможности.
У Сяо Синчэня лицо как у человека, который с самого рождения мучается сильнейшей зубной болью — кислое, но полное смирения. И эти следы усталости, будто не он целое утро доводил Сюэ Яна своими скорбными стенаниями, а над ним тяжко измывались, да еще и заставили в поле пахать в процессе.
Сюэ Ян не знает, как именно называется это чувство, — словно ткнули горячей кочергой куда-то промеж ребер, но ему почему-то даже нравится. И это не то чтобы удивительно — чужие страдания вообще могут неплохо развлечь, а уж если они принадлежат даочжану, то вдвойне приятно. В теории. После долгих раздумий он приходит к выводу, что ему все это безумно льстит, но сколько можно-то?!
— Я рад, что ты все же решил меня предупредить, — вдруг говорит Сяо Синчэнь, доселе хранивший молчание. Пришлось уважить его просьбу хотя бы проводить себя до дороги, ведущей к одному из главных трактов, и во время пути он не проронил ни слова (за что ему большое спасибо!). Только на перекрестке он решает подать голос, потому что понимает, что здесь все закончится.
— Ну как же я мог! — Сюэ Ян старается изобразить праведное возмущение такими подозрениями в свой адрес. Действительно, не мог. Потому что если не предупредить, то потом сам бегай за даочжаном и ищи его. А то кто знает, куда его могут завести поиски вслепую! А так все по красоте вышло — сказал сидеть и ждать, а тому и выбора нет. Самое дальнее куда уйдет — на ночную охоту в лес или до ближайших селений, давно опустевших его же стараниями. Нужно будет для него по пути в окрестностях печатей для приманки темных тварей оставить, чтобы без дела не сидел со скуки.
— Я не пытался тебя упрекнуть.
— Хотя признаться… — Сюэ Ян выдерживает паузу, не отказывая себе в удовольствии в который раз посмотреть на нервно дернувшийся уголок губ даочжана. — Были у меня мысли оставить записку, да только кто бы ее читал? Пришлось вживую, даочжан, ты меня вынудил.
Сяо Синчэнь застывает, обдумывая сказанное.
— Признайся, что все свое свободное время тратишь на придумывание новых шуток про мою слепоту.
— Ну так тебе же они нравятся, — ухмыляется Сюэ Ян. — Ты только представь, сколько я успею их придумать, пока меня не будет!
— Если они будут несмешными, то я тебя не пущу обратно.
Сюэ Ян смотрит на Сяо Синчэня, широко раскрыв рот от изумления.
— Это ты сейчас так пошутил?
— Попытался, — улыбается тот.
Сюэ Ян смеется. Да уж, ответную шутку он подготовит самую уморительную на свете. Только для него самого, правда, но это уже детали. Он подходит ближе и кладет руку на плечо даочжана. Затем оглянувшись по сторонам, — не идет ли какой бродяга по дороге, — подается вперед, но успевает лишь мазнуть губами по чужой щеке.