Электронная книга - «31.10 (СИ)». Краткое содержание книги:
Летом все как будто успокаивается. Ватсон больше не просыпается по ночам и не видит кошмаров – вместо них теперь каменистая пустыня и дивные миражи оазисов. Он списывает это на действие ловца снов, а не на потустороннюю силу – той совершенно незачем «умасливать» его подобным образом. Он больше не обращает внимания на стуки, шорохи и забытые неизвестно кем латексные перчатки на подлокотнике кресла. По вечерам Джон читает черепу избранные отрывки из анатомического справочника – Шерлок был прав: такого слушателя еще поискать. Он помогает миссис Хадсон починить кофеварку и отмахивается, когда домовладелица сетует на то, что Ватсон потерял десяток фунтов – ерунда, легкость во всем теле он чувствует не поэтому. Каждый вечер он выгоняет мотыльков, прилетевших в открытое окно на кухонную подсветку, а каждый день на работе продолжает радовать его обыденностью – никаких выходящих за рамки инцидентов. Один из уикендов он даже проводит с Гарри и ее новой пассией. Сестра несколько дней трезва как стеклышко, но это не помогает Джону расслабиться в присутствии некой Гертруды – он все еще помнит увещевания Майкрофта и хоть и не верит им, а с того вполне может статься подложить свинью. Зато Гарриет, кажется, откровенно счастлива, и только это помогает Джону усмирить свою паранойю. Даже если это всего лишь на несколько дней – пока Гарри снова не схватилась за бутылку, – даже если все это очередной обман, вот его-то сестра уже «тертый калач», и может с этим справиться. Ну а если нет, то дорогой брат всегда сможет прийти на помощь – хоть в качестве солдата, хоть врача, хоть собутыльника. Они прогуливаются по парку, перекусывают в кафе, а потом долго перешептываются между полок букинистического магазина – отличный выходной с изжогой, нервными смешками, подозрительными взглядами и тычками под ребра: «Джон, прекрати молоть чушь!», но зато без спиртного.
Он не знает, чему ему стоит радоваться в это лето – собственной апатии, успеху сестры на любовном фронте, оттаивающему все больше с каждой новой встречей Грегу – встречей не с Джоном, с Майкрофтом – или больному бедру миссис Хадсон, что остается неизменным в этом попеременно то разваливающемся, то восстанавливающемся мире. А может, ему стоит снова начать вздрагивать от глухих ударов, как будто в стену, в пустой комнате, просыпаться по ночам от шороха крыльев бабочек, что притаились у него под одеялом, грешить на термостат… Может, ему стоит оглядываться каждый раз, когда он возвращается со смены домой, а его тень от зажегшихся фонарей пересекает чужая. Возможно, ему стоит перестать расслабляться и прокрастинировать, а готовиться и ждать, когда Майкрофт нанесет ответный удар. Когда полтергейст в его шкафу свяжет из его свитера удавку. Или когда Шерлок появится вновь… Джон не знает. И не знает, хочет ли вообще знать ответ на этот вопрос.
В конце августа Грегори приходит промокшим от ливня. Торопливо скидывает плащ, под которым спасал папку с бумагами, и вытягивается в кресле с блаженным стоном. Ватсон усмехается – Лестрейд и его работа – тоже неизменны в жизни доктора. Инспектор снова вымотан, снова с трудом переключается с расследования на друга и снова легко засыпает на уже почти не чужой территории. Джон будит его прикосновением к плечу, предлагает чай и сэндвичи, но Грег достает из-за пазухи бутылку. Ватсон хмурится, но тот показывает два пальца – ему нужно пригубить «символически». Ему, наверное, нужно набраться смелости, чтобы что-то сказать. И Джон составляет компанию – ему же придется это услышать. Но Лестрейд пьет, а потом долго молчит, собираясь с силами. Устав ждать, Джон даже бросает взгляд на папку с делом, и только тогда Грег отмирает. А потом достает из кармана плаща маленькую коробку размером в пару дюймов.
– Это было его последним предложением, – чуть хрипло говорит Лестрейд, а Ватсон не может не присвистнуть от удивления – ну надо же…
В коробке – простой ободок из золота, и предложение это – в самом прямом из смыслов. Холмс в отчаянии или постигает новые вершины интриганства?
– Составь брачный договор и заставь подписать не читая, – усмехается Джон, и тут же его прерывает пришедшая смс.
«Посмеете и дальше его отговаривать – пожалеете», – пишет Холмс, и Джон снова фыркает – уж куда еще больше-то?
– Угрожает, – поясняет он Грегу свое «веселье», а в ответ пишет:
«Он в состоянии принять самостоятельное решение. Вашими молитвами».
– Джон, – Грегори помнит о чужой конфронтации, но хочет спросить не об этом. – А если бы… Если бы Шерлок пришел снова, ты бы не изменил свой ответ?
Вот этого Ватсон не ожидал. Ну а как же иначе? А потом вдруг вспоминает темные провалы глаз на маске, изможденное тело и в который раз уже протянутую узкую ладошку. Вспоминает непослушные кудри, в которые зарывался пальцами по утрам, огоньки, своевольное поведение черепа, поцелуи украдкой прямо на месте преступления и холодные глаза, которые всегда смотрели дальше и видели больше. Гораздо больше… Вспоминает боль, судороги в ноге, слезы под чуть теплым душем, алкогольное марево и тошноту, непрекращающуюся месяцами. Вспоминает радость и счастье вперемежку со страхом, гневом и обидой, и к своему удивлению понимает, что искренний беспристрастный ответ изменился.
– Я не знаю, Грег… – еле выдавливает он из себя, все еще находясь в шоке от пришедшего озарения. Он почти в панике от того, что, возможно, дал сейчас слабину. Ту, которой чурался больше года.
– Вот и я не знаю, – вздыхает Лестрейд и убирает кольцо обратно в карман. – Буду думать.
Это его решение, и Джон действительно не собирается больше ни о чем его просить или на что-либо уговаривать. В прошлый раз все было продиктовано гневом, но может быть, теперь стоит снова задуматься над ответом. Даже если он окажется точно таким же, но зато сейчас он будет таким не под воздействием разрушительных категоричных эмоций.
Ватсон не пытается поставить себя на место инспектора – тут все предельно ясно, но Лестрейд, кажется, все еще любит Холмса, а тот всегда относился к нему несколько иначе, чем к Джону. Есть ли в их случае шанс принять какое-то другое решение? Это будет знать только Грегори, а Джону стоит еще раз оглянуться и тоже взглянуть на все произошедшее под немного другим ракурсом – сможет ли он?..
Над этими вопросами они молчаливо рассуждают остаток вечера. Заказывают китайскую еду, пропускают еще несколько бокалов и невидящим взглядом смотрят в телевизор с каким-то юмористическим шоу. Им обоим сейчас не до смеха, и Джон не сомневается, что сегодня Грег, как и он сам, навряд ли сможет уснуть.
***
Осень не застает его врасплох – с визита Грега Джон постоянно в растрепанных чувствах: нервничает без причины, не может найти себе места и не может привести мысли в порядок. Сумбур в его чувствах не прекращается ни в участившиеся дожди, ни в первые заморозки, ни в утренний час-пик в метро, ни по вечерам у камина. Ватсон снова и снова пытается разобраться в себе, но понимает только одно – его уверенность пошатнулась. С каждым днем в его внутренней броне все больше и больше трещин – червь сомнений прогрызает в ней тысячу дыр, сквозь которые Джон видит свое обнаженное раненное сердце. Ну зачем Грегори рассказал ему про предложение Майкрофта? Ни Ватсон, ни Лестрейд – не наивные подростки, и не поверят в то, что хоть какое-нибудь действие Холмса может быть искренним и идти от души. Может не содержать в себе уловку, капкан или коварный замысел. Вот только по задумчивому лицу Грега хорошо видно, что даже со всем этим знанием, он хочет дать Холмсу шанс. Хочет дать шанс им обоим. И если Майкрофт так и не отступится, то Лестрейду впору научиться манипулировать и начать вить из него веревки – поставить свои условия и добиться их выполнения.