О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью
- Автор: Кеслёвский Кшиштоф, Дорман Олег Вениаминович
- Язык: русский
- Год: Corpus
- ISBN: 978-5-17-115892-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
ИНТ. Вы сказали, “Вероника” – фильм более оптимистичный, более светлый, чем предыдущие. Связано ли это с обстоятельствами вашей собственной жизни или с какими-то переменами вокруг?
К.К. В моей жизни ничего не изменилось – думаю, я стал еще мрачнее. Но я понял, что невозможно все время рассказывать мрачные истории – нужно найти что-то легкое.
ИНТ. Фильм заканчивается прекрасной сценой, когда Вероник прикасается к стволу дерева – и в душе ее звучит музыка. Музыка возвращает ее к жизни, объединяет с польской Вероникой, душа которой тоже была полна музыки, а кроме того, этот миг говорит о ее связи с отцом. Сцена полна надежды.
К.К. Надежды умеренной, надежды, я бы сказал, осторожной, потому что не уверен, что из любви французской Вероник что-нибудь получится. Это та надежда, в которой мы нуждаемся, когда что-то утратили. Вероник в некоторой степени разочарована. Но жизнь продолжается, можно идти вперед, можно прикоснуться к чему-то надежному, прочному.
ИНТ. Первоначально фильм назывался “Хористка”, что указывало на ключевую роль музыки в фильме. Почему вы решили сделать фильм о музыке?
К.К. Мы сменили название, когда кто-то сказал “о нет, только не еще один польский католический фильм”. Нам не хотелось, чтобы фильм так воспринимали. Кроме того, подчеркивать в названии роль музыки было, пожалуй, неправильно. У теперешнего названия много недостатков, но лучшего я придумать не смог.
ИНТ. И все же музыка играет в фильме важную роль?
К.К. Музыка стала играть важную роль благодаря нашей работе с композитором, сценарий этого не предполагал. Там, конечно, был концерт. И было много сцен, показывающих связь между героинями. Иногда очевидную, иногда менее очевидную. Все эти сцены мы сняли. По ходу монтажа я понял, что некоторые из них надо убрать, а другие изменить. В результате музыка стала очень важна. Прайснер сочинил замечательный концерт, мы записали его до съемок, чтобы снимать под фонограмму. Я подумал, что как-то стыдно использовать такую музыку всего раз.
ИНТ. И польская Вероника, и французская Вероник занимаются музыкой профессионально. Одна становится певицей, другая преподает музыку. Это было в сценарии. Это не возникло по ходу монтажа.
К.К. Тот факт, что обе связаны с музыкой, был в сценарии, да. Мы искали для героинь что-то ускользающее, прекрасное, волнующее – и требующее усилия, учитывая, что у обеих больное сердце. Идея пришла из девятого “Декалога”. Эта история существует там как побочная линия, не влияющая на развитие сюжета, но она мне нравилась, я подумал, что она может стать самостоятельной.
ИНТ. Вы говорили о времени. Музыка – временно2е искусство. Говорят, все искусства стремятся подражать ей, потому что музыка – чистая форма. Содержание и форма в музыке – одно и то же. Какие у вас отношения с музыкой?
К.К. У меня нет слуха. Я не слушаю музыку, разве что иногда в машине, всякие дурацкие песенки. Не хожу на концерты.
ИНТ. Вы знали, какого рода музыка вам нужна, или предоставили композитору полную свободу?
К.К. У меня, конечно, имелись кое-какие пожелания, но в остальном композитор был совершенно свободен. А я вмешивался с деликатностью слона в посудной лавке. Что-то просил изменить, иногда даже заменить инструменты, потому что некоторые мне не нравятся. Мне нужен был концерт, требующий от исполнителей отдачи, драматический по содержанию и, прежде всего, не современный, а напоминающий музыку 17–18 века. Думаю, Прайснеру это удалось, вещь получилась в старинном духе, но с некоторыми очень современными элементами. У меня было еще условие: чтобы мелодию можно было напеть – даже мне, у которого ни голоса, ни слуха.
ИНТ. Отношения Вероник (Ирен Жакоб) и Александра (Филип Вольтер) начинаются при помощи аудиокассет: она расшифровывает его звуковые послания. Как сочинялись эти звуковые композиции?
К.К. Однажды ночью он звонит ей и дает послушать фрагмент этой музыки. Она не знает, кто звонит, но видела через окно, как он складывал реквизит в фургон. Поэтому мы понимаем, что она может предположить, что это он. Сцена с кассетой сложилась довольно поздно. Звуки собирались по большей части в монтажной, и по ходу монтажа определялось, где еще использовать музыку. Это не было записано в сценарии. Музыка должна, само собой, указывать на связь с польской Вероникой. Мне было важно дать понять, что польская Вероника продолжает как-то, каким-то образом присутствовать во французской части и что она говорит: “Не пой, занимайся чем-то другим, даже если это не обещает успеха”. И для этого мы вводим музыку. Потому что мы не знаем, что означает шнурок. Может, его прислал какой-то другой парень. Может, есть кто-то другой, а может, прислал тот же. Неизвестно. Шнурок приводит ее домой к Катрин, там она спрашивает про кукольника. И в результате кое-что узнает. Постепенно, шаг за шагом. Трудно назвать это развитием действия в прямом смысле слова.