![Идеология русской государственности. Континент Россия [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/6/5/2/4/ideologiya-russkoj-gosudarstvennosti-kontinent-rossiya-litres-download.jpg)
Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]
- Автор: Мостовой Петр, Куликов Дмитрий Евгеньевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Питер
- ISBN: 978-5-00116-621-4
- Жанр: История
Электронная книга - «Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]». Краткое содержание книги:
Авторы утверждают, что идеология, запрос на которую сегодня общепризнан, является опирающимся на историю прикладным знанием, которое обеспечивает практическое понимание хода социальных процессов, сознательное успешное участие в них, включая политическую активность. Для авторов идеология – выученный урок истории России, её народа и государства в их взаимоотношениях, русская цивилизационная стратегия.
На этой основе книга отвечает на вопросы: кто мы, откуда и куда идём, каким должен быть ответ России на вызовы современности, какое место в меняющемся мире она способна занять.
Второе издание дополнено новым разделом, посвящённым конституционализму и его историческому развитию в России, а также Лексиконом идеолога – тезаурусом основных понятий идеологического мышления.
2-е издание, дополненное.
Русское государство изначально строилось на христианской морали. Обратившийся князь Владимир принял веру Христу как личную нравственность, основывал на ней свои поступки. То есть он не рассматривал веру как «инструмент управления» народом. Не в этом был смысл его «выбора» веры. Ещё княжеская Русь, предшествующая первому полноценному русскому государству Ивана III, стала полем поиска отношений между государством и церковью, что не имело бы особого смысла, не стань христианство русской государственной моралью. Иван III прямо провозгласил русское государство Третьим Римом, установив таким образом ориентацию на византийский образец в вопросе связи власти, государства и веры, утвердив также принцип защиты православной церкви и веры русским государством. А поскольку православие не практикует прозелитизм и не навязывает себя на уровне догматов и канона, русское государство бескровно пришло к морали веротерпимости, распространения фактической защиты и на другие конфессии. Русское государство оказалось спасено от религиозных войн со всеми их зверствами – за исключением войны в XX веке коммунистических безбожников с носителями православной государственной морали, которая отождествлялась с самодержавием.
Тюдоры решили проблему противостояния папским властным притязаниям, использовав протестантские тенденции, и прямо возглавили церковь – вместо папы римского. Тем самым англиканская церковь связала себя с английским государством, дав ему моральное превосходство над католическим миром. Позднее, уже после революции, Гоббс требовал обязательного исповедания гражданами официальной христианской веры, допуская при этом «свободу совести» – у себя на кухне пусть верят во что угодно. Тем самым Гоббс выделял функцию государственной морали, её значение в устойчивости государства, а также утверждал, что исполнить её может лишь христианская вера.
Пётр Великий не пошёл по английскому пути – в случае православия это было и не нужно, и невозможно. Русский царь не стал главой церкви, оставшись помазанником Божиим. Однако в условиях противостояния европейским государствам, борьбы за имперское жизненное пространство не могла не быть сформирована позиция государственной морали. В подходе Петра государство взяло на себя управление делами церкви, учредив Святейший Синод. Некоторые религиозные обязанности верующих были прямо вменены им государством (например, требование причащаться минимум раз в год), но только для православных.
Серьёзный удар государственной православной морали был нанесён расколом, во многом таинственным событием русской истории, ждущим своих исследователей. Исправление богослужебных текстов по греческим образцам, несущественное изменение обряда привело к ожесточённому и бескомпромиссному конфликту, в результате которого значительная (а возможно, и бо́льшая) часть народа отошла от Русской православной церкви и, как следствие, морально дистанцировалась от самодержавия. Сам феномен раскола, сверхчувствительность к форме вероучения показывает, какое значение имела для русских православная вера и – что особенно для нас важно в данном анализе – православная мораль, обосновывающая само существование русского государства. Расколом было заложено моральное основание для русской революции.
Государство Ленина-Сталина вернуло церкви всю полноту самоуправления, отделив православную церковь от государства и объявив ей войну. То, насколько удалось продвинуться коммунистам в ликвидации православия в России, собственно и показывает, насколько в реальности под поверхностью воинствующего безбожия сохранилась в народе православная вера (и православная государствообразующая мораль). Понятно, что коммунистические репрессии не смогли дотянуться до староверов, поскольку последние за три сотни лет привыкли жить в подполье. Но и прихожане РПЦ не оставили храмы. Коммунисты крестились тайно и тайно крестили детей. Главное дело Маркса – убийство христианства – так и не свершилось в самом сердце христианской веры, русском православии. Подвергнутое гонениям и мучительству, русское православие лишь укрепилось в вере, просияло новыми святыми и мучениками.