Белый морок. Голубой берег
- Автор: Головченко Иван Харитонович, Мусиенко Алексей Григорьевич
- Серия: Тетралогия о подпольщиках и партизанах #2
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: Изида Зиновьевна Новосельцева
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Белый морок. Голубой берег». Краткое содержание книги:
— О чем речь? Конечно, можете. Скажите только, что я должен делать?
— Как вам известно, Калашник уже не первый месяц бесчинствует в киевском генерал-комиссариате, и мы пока не можем ничего с ним поделать. Сами понимаете, мы сейчас ведем завершающие битвы восточной кампании на Волге и Кавказе, а потому каждый солдат на фронте ценится на вес золота. Перебрасывать их сюда было бы бессмыслицей. Но, к сожалению, наличных сил для борьбы с этим бандитом у нас маловато. Поэтому я разработал такую операцию, чтобы без крупных военных контингентов обезвредить здешнюю партизанщину…
Польщенный высоким доверием, Крайнюк буквально млел от счастья. Где же это видано, чтобы такой чиновный эсэсовец как с равным разговаривал с каким-то там сельским старостой? А вот ему, Протасу Крайнюку, даже доверяют секреты государственной важности!
— В ближайшие дни я высылаю в эти края группу своих доверенных людей. Чтобы поскорее напасть на след Калашника и влиться в ряды его бандитов, мои люди будут передвигаться по здешним лесам под видом советских партизан. Но не исключена возможность, что им понадобится некоторая помощь. Например, надежное укрытие в нужный момент, гужевой транспорт, продовольствие…
— Для этих соколиков я и души не пожалею! Вот как только их узнать? — заглядывал прямо в рот «эсэсовцу» Крайнюк.
— Очень просто. Я оставлю вам вот эту вещь, — Ксендз встал и указал на расстеленный на стуле носовой платок. — Мои люди прибудут к вам с точно таким же и спросят: «Не вы ли, случайно, потеряли носовой платок?..» Вы должны показать им этот платок, вот и считайте, что контакт установлен. Ясно?
— Как божий день, пан гауптштурмфюрер!
— Дальнейшие инструкции получите от моих людей. Им можете доверять, как и мне. Но помните: о нашем разговоре никому ни слова. Никому и ни при каких обстоятельствах!
— Можете не сомневаться: мы здесь привычны молчать.
«Вот это мне как раз необходимо! — слегка улыбнувшись, одобрительно кивнул головой Ксендз. — А чтобы у тебя по каким-нибудь причинам не развязался язык, я накину на него крепкую шелковую петлю, сплетенную из сладеньких обещаний».
— Что ж, тогда пусть поможет нам бог в задуманном деле. Помните, мы, солдаты фюрера, умеем надлежащим образом отблагодарить верных помощников. Великая Германия не забудет ваших услуг, после победы вы будете щедро вознаграждены. Об этом я позабочусь лично! — Чтобы дать понять совершенно ошарашенному Крайнюку, что беседа закончена, он резким движением прикоснулся двумя пальцами к козырьку фуражки, пристукнул каблуками. А потом упругим шагом вышел на крыльцо, где истекал потом едва не сомлевший от жары, волнения и страха «под ружьем» мешковатый страж нового порядка с синюшно-брюзглым лицом.
Приближался вечер. Солнце зависло над самым горизонтом, и истонченные островерхие тени, будто набожные старушки, потянулись печальной чередой к облупленной церквушке за пустынной площадью. Постепенно угас летний день, лишь зной не собирался спадать. После влажноватой и отталкивающе-прогоркшей прохлады школьного помещения Ксендзу показалось, что духота на дворе стала еще более тяжелой и невыносимой. Опустился на нагревшееся сиденье в автомашине, снял фуражку, расстегнул ворот кителя и подал знак Кириллу трогаться. Тот будто этого только и ждал: так нажал педаль акселератора, что машина как бешеная рванулась с места и вмиг выскочила по безлюдной улочке за село.
— А дальше куда? — Колодяжный не отрывал глаз от извилистой грунтовой дороги, которая вдали, под сосновым бором, разбегалась двумя рукавами.
— На Житомирское шоссе. Там нас ждет последний экзамен…
Какой именно экзамен ждет их на шоссе, Кирилл не понял, однако спрашивать не стал. Кого-то другого, наверное, переспросил бы, но только не этого замкнутого, сурового человека, который за весь день не проронил ни единого лишнего слова. Поднимая за собой шлейф желтоватой пыли, миновали лес, за ним — какой-то убогий хуторок без малейших следов присутствия людей. Потом проскочили чахлый перелесок и выбрались на голое песчанистое поле. А примерно через час приблизились к ровной шеренге верб, которыми когда-то в древности был обсажен знаменитый Брест-Литовский тракт.
— Как только выберешься на шоссе, сворачивай на обочину. Нужно пыль с машины сбить.