![Философский постгуманизм [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/5/8/4/5/8/filosofskij-postgumanizm-litres-download.jpg)
Философский постгуманизм [litres]
- Автор: Феррандо Франческа
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Высшая школа экономики
- ISBN: 978-5-7598-2475-6
- Переводчик: Дмитрий Юрьевич Кралечкин
- Жанр: Общественные науки, социология
Электронная книга - «Философский постгуманизм [litres]». Краткое содержание книги:
Философский ландшафт, сформировавшийся в качестве реакции на кризис человека, включает несколько движений, в частности постгуманизм, трансгуманизм, антигуманизм и объектно-ориентированную онтологию. В этой книге объясняются сходства и различия данных направлений мысли, а также проводится подробное исследование ряда тем, которые подпадают под общую рубрику «постчеловек», таких как антропоцен, искусственный интеллект, биоэтика и деконструкция человека.
Особое внимание Франческа Феррандо уделяет философскому постгуманизму, который она определяет как философию медиации, изучающую смысл человека не в отрыве, а в связи с технологией и экологией. Таким образом намечается постчеловеческий сдвиг, отвечающий глобальному требованию социальных изменений, ответственной науки и сосуществования видов.
В формате a4.pdf сохранен издательский макет.
Для прояснения понятия «poiesis» мы можем отослать к таким разнородным примерам, как поэзия, джем-сейшен или же раскрывшийся цветок. Когда мы начинаем писать стихотворение или же отправляемся на джем-сейшен с какими-то музыкантами, мы не знаем, что получится в итоге. У нас могут быть какие-то ориентиры (например, на джазовой импровизации можно сыграть несколько гамм), может быть тема, которой мы хотим заняться (например, написать стихотворение о жизни), однако мы не знаем в точности, какой результат мы получим. Часто, слушая запись джем-сейшена или же читая получившееся в итоге стихотворение, мы удивляемся, поскольку результат превосходит наши первоначальные ожидания – и именно в этом раскрывается творческий процесс. Важно подчеркнуть то, что, по мысли Хайдеггера, poiesis – «не только ремесленное изготовление, не только художественно-поэтическое выведение к явленности и изображенности. Φύσις, самобытное вырастание – тоже про-из-ведение, тоже ποίησις» [Хайдеггер, 1993б, с. 224]. В качестве примера можно привести «распускание цветов при цветении, в себе самом» [Там же] – это «ποίησις в высшем смысле» [Там же]. По мысли древних греков, творческий процесс был в определенном смысле священным, связанным с богами и богинями; это был момент истины, раскрытия: в греческом aletheia – это то, что возможно, когда «потаенное переходит в непотаенное» [Там же].
Вернемся к технике и ее отношению с «poiesis» и вместе с Хайдеггером спросим: «Какое отношение имеет существо техники к раскрытию потаенного? Ответ: прямое» [Там же, с. 225]. По мысли Хайдеггера, «техника не простое средство. Техника – вид раскрытия потаенности» [Там же]. Это ключевое положение он не раз повторяет в своей статье[62]. Но в то же время современные общества утратили это понимание «techne» как «poiesis»; и именно по этой причине, хотя современная техника – это тоже раскрытие потаенного, Хайдеггер описывает современную технологию как «постав»[63]. В современной технологии он видит ограничение потенциалов раскрытия, утверждая:
Что такое современная техника? Она тоже раскрытие потаенного… Правда, то раскрытие, каким захвачена современная техника, развертывается не про-из-ведением в смысле ποίησις. Царящее в современной технике раскрытие потаенного есть производство, ставящее перед природой неслыханное требование быть поставщиком энергии, которую можно было бы добывать и запасать как таковую… Земные недра выходят теперь из потаенности в качестве карьера открытой добычи, почва – в качестве площадки рудного месторождения [Там же, с. 226].
Почему современная технология – это «постав»? Наше современное понимание технологии опирается на «точные науки Нового времени» [Там же], тогда как сама техника рассматривается преимущественно с утилитарной точки зрения. Ощущение тайны, которое позволяет состояться творческому процессу, было утрачено, и то же самое случилось с поэтическим аспектом техники. Все становится измеримым и доступным. Природа оказывается «состоянием-в-наличии» [Хайдеггер, 1993б, с. 227], пригодным для применения человеком: «Земные недра выходят теперь из потаенности в качестве карьера открытой добычи, почва – в качестве площадки рудного месторождения» [Там же, с. 226], уголь хранят, чтобы «при надобности он отдал накопленное в нем солнечное тепло» [Там же]; река существует как «поставитель гидравлического напора, благодаря существованию гидроэлектростанции» [Там же, с. 227]. Если вернуться к примеру цветущего цветка, современное общество готово освоить его не в качестве поэтического акта, а как место производства меда. Современная технология отличается от древней, поскольку общество подходит теперь к науке и технике иначе. Современная технология была систематизирована и «гуманизирована» в качестве порядка, регулируемого фактическими человеческими потребностями, в чем проявился редукционистский подход, который ограничивает ее возможности как модуса раскрытия потаенного. В книге «Техника и время, 1: ошибка Эпиметея» французский философ Бернар Стиглер проницательно комментирует позицию Хайдеггера: «Техника становится современной, когда метафизика выражает и завершает себя в качестве проекта рассчитывающего разума, нацеленного на овладение природой и господство над нею» [Stiegler, 1998, p. 10]. Но когда произошла эта перемена в мировоззрениях? Хайдеггер возводит ее к XVII веку и второй половине XVIII века[64], то есть к тому периоду Просвещения и промышленной революции, в котором коренится и трансгуманизм. Теперь нам проще понять, почему постгуманизм и трансгуманизм относятся к технологии по-разному. Если трансгуманизм, делающий упор на разум, прогресс и господство, можно считать примером, иллюстрирующим критические суждения Хайдеггера и идеи Стиглера, то трактовка технологии в постгуманизме оставляет место для некоторых других возможностей.
63
Говоря словами Хайдеггера: «Назовем теперь тот захватывающий вызов, который сосредоточивает человека на поставлении всего, что выходит из потаенности, в качестве состоящего-в-наличии, – по-ставом [Ge-stell]» [Там же, c. 229].