Древний Иран накануне империй (IX–VI вв. до н. э.). История Мидийского царства
- Автор: Медведская Инна Николаевна
- Год: 2001
- Язык: русский
- Год: Петербургское Востоковедение
- ISBN: 978-5-85803-417-9
- Жанр: История
Электронная книга - «Древний Иран накануне империй (IX–VI вв. до н. э.). История Мидийского царства». Краткое содержание книги:
Автором предложено решение некоторых спорных проблем истории Урарту, Лидии и киммерийско-скифского присутствия в регионе. Важной составляющей книги стала реконструкция исторической географии Северо-Западного Ирана новоассирийского периода.
Раскопки Гиршманом «персидской деревни» на окраине Суз (конец VIII — начало VII в. до н. э.) и обследование руин возле Масджид-и Сулейман и Бард-и Нишанде в Хузистане позволили ему предложить прямой путь движения персов с севера через Хузистан прямо в Фарс — родину Ахеменидов [Ghirshman, 1950; 1954, с. 75; 1964, с. 129]. Позднее Д. Стронах, с учетом раскопок в Пасаргадах, уточнил их маршрут [Stronach, 1974, с. 247–249].
Выявленные Гиршманом архитектурные и строительные параллели между урартской и ахеменидской строительными практиками легли в основу его гипотезы, согласно которой персы на своем пути через Кавказ получили знания и навыки непосредственно от урартов, что также отмечалось в работе Ф. Кенига [Ghirshman, 1950, р. 205–220; 1962, р. 85–88]. Механизм подобного заимствования, впрочем, не вполне ясен. Хронологическая нестыковка и появившаяся лишь позднее, в период возвышения Ахеменидского царства, необходимость новых архитектурных решений предполагает более вероятным существование уже в Древнем Иране посредника, которым могла быть Мидия.
Предложенные Гиршманом датировки этих памятников, их интерпретация и различные гипотезы долгие годы дебатировались, подтверждались или пересматривались. Почти в каждой работе, посвященной доахеменидскому Ирану, так или иначе затрагивались вопросы хронологии, происхождения или этнической принадлежности Сиалка В.
Вторым краеугольным камнем историко-археологических реконструкций предвоенного периода стали так называемые луристанские бронзы (ЛБ). Интерес к ним возник еще в XIX в., когда Британский музей и Лувр приобрели несколько бронзовых идолов (позднее этот тип был назван «укротителем диких зверей»). Подобные вещи стали приобретаться и другими музеями, но их происхождение стало известным лишь в конце 1920-х гг. Обнаружилось, что они добывались в ходе грабительских раскопок могильников в Луристане, в Центральном Загросе. ЛБ включают разнообразные предметы вооружения, орудия труда, конскую упряжь, предметы культа, сосуды и являются произведениями искусства, поражающими богатством фантазии, художественным вкусом, многообразием и сложностью форм.
Первым в поисках научной информации о ЛБ в Луристан в 1930 г. проник глава Археологической службы Ирана А. Годар. Работа научных экспедиций в этом районе в обстановке кладоискательской лихорадки была небезопасна. Хотя Годару не удалось вскрыть ни одной неограбленной могилы, он смог ознакомиться с коллекцией ЛБ у торговцев древностями. В своей книге «Бронзы Луристана» [Godar, 1931], давшей название этим предметам, Годар предположил, что их создателями могли быть касситы — горный народ, издревле обитавший в Луристане. Американская экспедиция, возглавляемая Э. Шмидтом, открыла святилище на холме Сурх-и Дум (долина Кух-и Дашт). В нем было найдено большое число посвятительных бронзовых булавок, огромные диски которых были покрыты разнообразными изображениями [Schmidt, 1938, р. 205–216]. Постепенно, уже после Второй мировой войны, сопоставительный анализ собранного материала позволил выделить четыре периода производства ЛБ от 2500 г. до 800/700-х гг. до н. э. ([Schaeffer, 1948, р. 477–495], здесь же см. литературу). Стилистический анализ, проведенный Э. Порадой, определил иконографическую связь ЛБ, отнесенных к четырем этапам между 1200 и 600 гг., с искусством стран древнего Ближнего Востока — наиболее ранним было влияние касситского, северомесопотамского и митаннийского, а затем эламского искусства [Porada, 1964 р. 9–31; 1965, р. 75–89]. Оба исследователя выделили группу предметов, которые не имели не только аналогий за пределами Луристана, но и следов влияния других художественных стилей. Позднее эту группу Л. Ванден Берге назвал «типичными» ЛБ. Но они датировались согласно К. Шефферу — 1500–1200, согласно Э. Пораде — 800–600 гг. до н. э. Необходимы были археологические раскопки, которые позволили бы обозначить для этой группы четкие хронологические рамки. Эту задачу осуществил Л. Ванден Берге в ходе раскопок 1965–1979 гг. Его исследования завершили тот этап исследования ЛБ, когда первостепенными были ответы на вопросы, где и когда они были сделаны. Имеются в виду уже только «типичные» ЛБ, датированные XII–VII вв. до н. э., а время их наивысшего расцвета следует помещать между IX и VII вв. до н. э. [Vanden Berghe, 1973, р. 75; Ванден Берге, 1992]. Теперь можно было перейти к решению вопросов, кто их сделал и для чего.