Прощание с Византией [publisher: SelfPub]

В общем, силы противников были почти равными, крестоносцы даже имели известное преимущество за счет тяжеловооруженной рыцарской кавалерии. Но, в отличие от турок, объединенных железной волей султана, у крестоносцев единое руководство, как обычно, отсутствовало. И главенство Сигизмунда Венгерского являлось скорее номинальным. Когда дело дошло до главных событий, король созвал военный совет, но французские рыцари потребовали уступить им право первой атаки и ничего не желали слышать о действиях остальных отрядов. Пока они спорили, цвет османского войска – янычары заняли удобные позиции на возвышенности южнее Никополя и окопались; остальные войска расположились на флангах и в засаде.

На рассвете 28 сентября 1396 г., у стен Никополя, французы начали атаку легкоконных стрелков турок, сипахов, но попали под контратаку янычар и почти все были перебиты. С присущим западным рыцарям отчаянным безумством, когда речь заходила о подчинении, все последующие отряды действовали по аналогичной схеме, не считая нужным согласовывать свои атаки с Сигизмундом. В результате к полудню практически все крестоносное войско было перемолото турками[926].

Правда, и сами османы понесли большие потери – можно представить, насколько иным мог бы быть результат сражения, если бы пилигримы действовали сообща. С большим трудом король Сигизмунд Венгерский спасся морским путем. Раздосадованный большими потерями, Баязед приказал перерезать (!) всех пленных христиан, и только некоторые наиболее знатные пленники получили право на общий выкуп в 300 тысяч золотых монет[927].

Покончив с крестоносцами, Баязед решил развить успех. Потрясенная разгромом крестоносного воинства у Никеи, Европа увидела в скором времени турецкие конные отряды в Штирнии. Вслед за тем османы захватили Морею, и деспот Феодор Палеолог поспешил подтвердить свои вассальные клятвы перед султаном. Затем была опустошена Валахия и Фессалоники. Для Византии гибель крестоносцев грозила новой катастрофой, на этот раз практически неизбежной, поскольку турки вновь блокировали Константинополь. Баязед потребовал от царя немедленно сдать город, но получил отказ. Тогда османы начали методично опустошать и присоединять к своему султанату последние оставшиеся византийские территории, еще принадлежащие Империи. Не снимая, конечно, осады.

В осажденной столице цена хлеба доходила до 20 золотых монет за хлебец, и множество неприбранных трупов людей, скончавшихся от голода, валялось на улицах Константинополя. Практически не осталось воинов, способных держать в руках оружие и занять позицию на крепостных стенах. Но Баязед не торопился – он был уверен, что город падет и без штурма. Султан хвалился в своих посланиях василевсу, что после взятия Константинополя сделает из Святой Софии мечеть, а всех мужчин до 30 лет обрежет и обяжет принять Ислам[928].