Прощание с Византией [publisher: SelfPub]

А затем направил к св. Мануилу II Палеологу посла со словами: «Если ты хочешь исполнять мои приказы, затвори ворота Константинополя и царствуй внутри него. Все, что лежит вне города, принадлежит мне!» И, надо сказать, султан почти ничего не преувеличил – от Византийской империи к тому времени оставалась только слабая полоска вокруг столицы и несколько разрозненных областей в Пелопоннесе.

Жестокосердный Баязед и позднее постоянно находил повод для того, чтобы лишный раз унизить св. Мануила II. Когда император вместе со своим младшим братом деспотом Мореи Феодором Палеологом (1383—1407) воздвиг на Коринфском перешейке крепостную стену для защиты от латинян, султан вызвал к себе в ставку обоих правителей на суд. Он посчитал, что действия византийцев направлены против османов и должны быть квалифицированы как измена, поскольку и св. Мануил II, и деспот Феодор являлись его вассалами. Если бы не содействие местного вельможи Алипаши, оба они в тот же день пали бы от рук палачей. А затем, по счастью, обоим удалось бежать.

Понимая, что спасение Византии зависит исключительно от того, сумеет ли он поднять латинян на борьбу с османами, василевс прилагал для достижения этой цели титанические дипломатические усилия. Но все было напрасно. Наступило какоето всеобщее помешательство – в то время как турки наступали, греческие правители самостоятельных областей и латиняне продолжали междоусобные войны, призывая османов на помощь. И не отдавая себе отчета в том, что сами отдают себя в руки мусульман.

Так, правитель Фессалоник Елена Кантакузен и местный архиепископ поспешили признать над собой власть султана, а правительница даже выдала Баязеду свою дочь в гарем. Таким образом они надеялись остоять город от поползновений соперников. Неаполитанский король Владислав Анжуйский (1386—1414) просил у султана помощи против венецианцев, захвативших остров Корфу, и герцога Людовика II Анжуйского (1384—1417). А в 1387 г. флорентинец Нерио I Ачайоли (? – 1394) захватил Афины и прекратил существование Каталонского государства в Греции, став независимым герцогом этого города. В Морее правил деспот Феодор I Палеолог (1383—1401), схлестнувшийся с венецианцами изза Аргоса. А архонт Монемвасии Мамона, опасаясь аппетитов Морейского деспота, натравил на него османов. И эта вечная круговерть личных и мелких амбиций только многократно увеличивала мощь османов и, естественно, уменьшала шансы Византии на выживание[919].