Записки русского тенора. Воспоминания, заметки, письма

8.8.1948

Привет из далёкой и тоже довольно холодной Меллужи (Рижское взморье). Сегодня ровно месяц, как я здесь (а семья с 24 мая!). Но самый хороший уход и удобства санатория могут быть исчерпаны за месяц — мне всё порядком надоело.

Мы пережили уже третье снижение оплаты за запись. Это очень небольшие ставки. Многие не понимают и думают, что вот идёт каватина Фауста 4 минуты, значит, Орфёнов за неё получит 800 рублей. И никто не думает о том, что для того, чтобы записать эту арию, надо потратить день, не отходя от микрофона, записать её всю раз 5–6, да отдельно до взять несколько раз, а потом будут склеивать, отрезать от ленты брак и худшие экземпляры — ив конце концов сделают склеенный вариант на прослушивание худсовету, состоящему из всяких стариков, бывших певцов и дирижёров, чтобы больше придирались. Если комиссия утвердит — вам оплатят эти 800 рублей за вычетом налогов и займа, а если забракуют, то не заплатят ничего. Так «Колокольчик» Гурилёва и «Как небеса твой взор блистает» Римского-Корсакова я переписывал три раза, а совет его всё бракует и бракует — до сих пор, как я говорю, «об стол мордой»! Пирогов за «Псковитянку» получил вместо 20 тысяч всего 2 тысячи в новых деньгах, потому что была в это время реформа.

Я за полугодовую работу над «Заколдованным замком» Монюшко получил около 9 тысяч рублей. Но это невероятно большой труд.

В основном, конечно, мы получаем много денег. Но, во-первых, не все. Есть специально утверждённый список артистов, которые имеют право записываться на тонфильм. Стоит вам записаться неудачно 2–3 раза, как больше вас не заносят в этот список и вы лишаетесь даже и этого заработка.

Что же касается остальных видов заработка, они вот каковы. Высшая концертная ставка — 350 рублей за концерт. Если я пою с оркестром — полторы ставки. Если пою в Москве весь концерт один — 3 ставки, в провинции — 4 на дальнем расстоянии (вроде Сибири) — 6 ставок. Например, Серёжа за сольный концерт в Москве получит 1050 рублей, так же и Козловский, и все наши «боги». У Гриши, например, ставка 210 рублей — он явно обижен. Если к этому прибавить, например, что Русланова при высшей ставке получает с концерта в Новосибирске 1800–2000 рублей, делая сбор в огромном зале этого города 55 000, то Вы понимаете, почему никто никуда ехать не хочет.

Я 35 дней не открывал рта. Завтра собираюсь начать петь — сначала для нашего санатория.

19-го в Риге в Опере пою Герцога, 21-го — Ленского. Серёжа поправился и тоже собирается петь в Риге, хотя ему очень не хочется, чтобы я пел Ленского, он всё сватает мне «Травиату», чтобы он спел Ленского, а я пока не сдаюсь. Ленского мне легче, да и пусть сравнивают двух Ленских, кто лучше.