Мужество любви [Автобиографический роман]

Телефонную трубку забрала Вера:

— Аннушка! Я реву от радости за победы и от горя по всем погибшим. Как они ждали!.. Я тебя понимаю…

И совершенно неожиданный звонок:

— Товарищ Дьяков? Это из ЦК комсомола. Вас командируют спецкором «Комсомольской правды» на фронт.

— Меня?!

— Вас, вас. Ответственное поручение — дать в «Комсомолку» серию о штурме и взятии Берлина.

— Кто говорит?

— Начальник военного отдела Цекамола.

— Понимаю… А как быть с издательством? Кому передать?

— Я и приехал, чтобы директорские обязанности возложить на другого товарища, а заодно оперативно оформить вам боевую командировку. Ясно?

— Вполне. Поеду с величайшим удовольствием. А когда ехать?

Вера недоуменно спросила:

— Куда еще тебе ехать?

Я прикрыл ладонью мембрану, прошипел:

— На фронт! Спецкором «Комсомолки»!

Вера всплеснула руками:

— Боже мой!

— Алло! Я слушаю! Когда, говорите, ехать?

— Чем скорей, тем лучше. Чего медлить? На самолет — и в район боевых действий.

— Но успею ли я…

— Успеете! Сегодня ночью будем передавать отделение… Озадачил?.. Это Котов!

— Михаил Иванович! Ну, ты и мастер, черт побери, разыгрывать!

— Ха-ха-ха-ха! Приехал ознакомиться со всеми вами и вашими делами, нужна ли и в чем помощь ЦК.

— Ты где остановился?

— В «Астории», на первом этаже, десятый номер.

— Так взвивайся лифтом на четвертый, елки-палки!

Через минуту-другую Котов стоял в дверях нашего номера.

— Михаил Иванович, разве можно так оглушающе разыгрывать?! — укорила Вера.

— Прошу прощения!.. Шутка и жить и работать помогает! Можно ли не радоваться столь знаменательным событиям: орденоносный Ленинград и стремительный марш Красной Армии на Берлин?

— Колоссальная радость, что и говорить!.. Присаживайся, Михаил Иванович… Можно бы по такому поводу поднять бокалы, да, честно говоря, ничего, кроме чая, увы, нет!

— И угостить нечем, — понизив голос, сказала Вера. — Только завтра будут отоваривать карточки.

— Ради бога, что вы! Я хорошо пообедал в Смольном.

Котов поудобнее сел в кресло возле столика, закинул ногу на ногу.

— Тебе, случаем, не попадалась наша с Володей Лясковским книжка «Бессмертие»?

— Нет. Ты никогда о ней не говорил, даже когда я редактировал «Сердца смелых».

— К слову не пришлось… Приедешь в Москву — подарю.

— Ой, забыла! — Вера всплеснула руками, — Простите, пожалуйста, Михаил Иванович! У меня же есть еще кофе, на две чашки хватит. Сейчас вскипячу на электроплитке!

— Хм! Выпить кофе соблазнительно. Спасибо! — поблагодарил Котов. — Теперь это редчайший напиток!

— Так говоришь — «Бессмертие»? — переспросил я. — Должно быть, о подвигах, о самоотверженности фронтовиков, да?