Жанна – Божья Дева [litres]

Но если верить свидетельским показаниям, одно время, под конец процесса, таким адвокатом выступал Пьер Морис. А Массье говорит, что «один раз к ней назначили советником Луазелера, – больше для того, чтобы её обманывать».

Но дело не только в специальных функциях адвоката. Среди прочих «хитростей» «Directorium Inquisitorum» рекомендует подсылать к подсудимому провокатора, который выдавал бы себя за его единомышленника; при этом в соседнем помещении можно посадить свидетелей и даже нотариусов, которые подслушивали бы и записывали то, что может пригодиться для следствия. Общая роль Луазелера и была ролью провокатора, «наводящего» судей.

Об этом говорит целый ряд свидетелей (другие – Упвиль, Моине – передают только «общий слух», что к ней подсылали провокаторов, не уточняя, кого именно). Говоря «понаслышке» и давая волю своей глупой фантазии, эти свидетели рассказывают и всякие нелепости, вроде того, что Луазелер ходил к ней переодетым, а руанский житель Пьер Кюскель уверяет даже, что он «изображал Святую Екатерину»! Верно из этого то, что конкретно и ясно рассказал единственный свидетель, который был непосредственно в курсе дела, – Маншон.

Его самого, Маншона, вместе с другим нотариусом «посадили тайком в соседней комнате, где была дыра», когда к Девушке пришёл Луазелер и выдал себя за сторонника Карла VII. В своих последних показаниях Маншон уверяет, что отказался писать, но когда его опрашивали первый раз, он сказал, что Луазелер «передавал им (нотариусам) то, что ему говорила Девушка; из этого составлялся меморандум, который использовался для допросов». «С того времени Жанна вполне доверяла Луазелеру. Он её несколько раз исповедовал и обычно его допускали разговаривать с нею перед допросами».

Мижье говорит со слов Маншона, что Луазелер среди прочего уверял её, что она будет выкуплена. Возможно, что с такой же провокационной целью к ней в тюрьму допустили однажды Иоанна Люксембургского в сопровождении Маси, который рассказывает: