Леонид Брежнев. Величие и трагедия человека и страны

…Foris pax2170, или Мир с Западом

Вторжение в Прагу – важная веха во внешнеполитической деятельности Брежнева. Генсек взял верх как спокойный, рассудительный, осторожно действующий руководитель группы пяти. Он показал, как можно было с минимумом насилия, но при максимальном политическом давлении удерживать братскую страну на правильной позиции. Советский лидер воспользовался своим авторитетом, когда в 1970 г. уговорил Вальтера Ульбрихта оставить свой пост и побудил к отставке столь же непопулярного Гомулку на фоне волнений в Польше2171. Благодаря своему стилю «доброго увещевания» Брежнев не только консолидировал группу пяти. Как человек, покончивший с Пражской весной, он противостоял теперь западному миру, окончательно признавшему советского лидера серьезным внешнеполитическим игроком и сильным противником. Это предоставило советскому лидеру огромное преимущество, заключавшееся в том, что ему, в отличие от его предшественника Хрущева, не приходилось добиваться признания за границей и опасаться пренебрежительного отношения к себе2172. То, о чем в сентябре 1968 г. писала «Правда», а на октябрьском пленуме обнародовал Брежнев2173, отныне называлось на Западе «доктриной Брежнева»: «Теперь, пожалуй, всем стало окончательно ясно, что слова КПСС, Советского Союза о твердой решимости не допустить выпадения ни одного звена из социалистического содружества – это не просто пропагандистская декларация. Это – выражение нашей реальной политической линии, нашей готовности бросить в критический момент всю мощь Советского государства на защиту интересов социализма и прогресса»2174. Брежнев лично диктовал своему сотруднику Черняеву как основную мысль для своей речи на апрельском пленуме 1973 г. следующие слова: «Не было бы Чехословакии – не было бы ни Брандта в Германии, ни Никсона в Москве, ни разрядки»2175. Советский лидер создал себе уважение внутри страны и за ее пределами, до некоторой степени позволявшей ему действовать независимо2176.

Так начался период высочайшей внешнеполитической активности Брежнева и одновременно его наркотическая зависимость. Как говорят, с середины 1970-х она разрушала его здоровье и парализовала его внешнюю политику. Во время изнурительной и длительной дискуссии с Дубчеком он, чтобы успокоиться, перед сном начал принимать много таблеток. Со времен Сталина Брежнев мучился бессонницей, теперь же, в августе 1968 г., он увеличил дозу снотворного, что привело к настоящей наркотической зависимости2177. Его телохранитель Рябенко и Шелест рассказывают, что во время переговоров в Чиерне Брежнев однажды потерял сознание. Врачи констатировали передозировку седативных средств. Этот диагноз ему ставили потом еще не раз2178.