![Ангел мой, Вера [calibre 5.25.0] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/4/8/7/8/angel-moj-vera-calibre-5-25-0-download.jpg)
Ангел мой, Вера [calibre 5.25.0]
- Автор: Гумерова Анна Леонидовна, Сергеева Валентина Сергеевна
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: ООО ТД «Никея»
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Ангел мой, Вера [calibre 5.25.0]». Краткое содержание книги:
Тогда и они скажут Ему в ответ: „Господи! когда мы видели Тебя алчущим, или жаждущим, или странником, или нагим, или больным, или в темнице, и не послужили Тебе?“
Тогда скажет им в ответ: „истинно говорю вам: так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне“.
И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную».
— Видите, Вера Алексеевна. Господь не спросит вас, умели ли вы сохранить и преумножить имение, и всегда ли в положенные дни вкушали постное, и знали ли нужных особ, у которых просили мест и чинов для своих друзей… Он спросит лишь одно — накормили ли вы голодного, напоили ли жаждущего, приняли ли странника?..
— «Болен и в темнице, и не посетили Меня», — тихим шепотом повторила я, но митрополит услышал и кивнул.
— Смиритесь перед обстоятельствами, которым не вы причиною, — но поддержите страждущего хотя бы в той мере, в которой это для вас возможно. И простите супруга. Пусть его вина велика, но не лишайте мужа вашей любви, нежной заботы и молитвы. Он нуждается в молитве как никто иной, а кто за него помолится, кроме вас? Кто другой будет предстоять за него перед Богом? И — как вы сами можете вставать на молитву, зная, что тот, с кем Бог вас сочетал, тщетно просит вас о прощении?
— Он не просил меня о прощении… — сорвалось с моих губ.
Митрополит улыбнулся — как-то иначе, чем раньше.
— А вы все-таки простите. И… — Он потянулся было рукой к перу, потом покачал головой, взял тонкий карандаш и быстро провел им по только что читанной странице. — Не смею вас более задерживать. Примите сию книгу в дар и не забывайте читать ее, чтобы на нашем родном языке звучали святые слова.
В этот же день мне принесли письмо от Артамона. Передал его какой-то незнакомый человек, видом канцелярист, которого я не успела расспросить. На всякий случай я отправила девушку вдогонку за посыльным, а сама схватила письмо. То, что оно прибыло не с регулярной почтой, могло означать лишь одно.
Письмо было написано рукой Артамона. Начатое, как всегда, твердым, почти каллиграфическим почерком, ближе к середине оно превращалось в еле разборчивые каракули. Артамон писал, зачеркивал, снова писал… Даже если он обдумал письмо заранее, может быть, затвердил наизусть, чтобы при подвернувшейся оказии писать сразу набело, все его планы пошли прахом от нахлынувших чувств. Я плакала, держа в руках это наглядное свидетельство боли и раскаяния…
«Милая, добрая Вера, мой единственный, бесценный друг, пусть будет все, что угодно, но я больше не вынесу твоего молчания. Я виноват перед тобой, я измучил тебя своими придирками. С самого начала я перекладывал тяжесть ноши на твои плечи. Даже когда ты — помнишь ли? — десять лет тому назад спросила, приехать ли тебе, хочу ли я этого… я ответил: нет, если… если разлука с детьми будет свыше твоих сил. Если! а решать опять оставлено было тебе, и я взвалил на тебя и бремя сомнений, и собственную вину. Я признаю это, видит Бог, как мне тяжело это признание. Милая, возлюбленная Вера, у меня нет другой цели в жизни, кроме тебя, до последнего вздоха…»
«Ты был прав, распорядившись судьбой Александра, — отвечала я. — Поверь, что причиной моей досады была внезапность, с которой всё произошло помимо моего участия, а не что-либо иное».
Письмо, которое предполагалось отправить с почтой, целиком было выдержано в том же тоне. «Пусть видят, что мы помирились», — с удовлетворением подумала я.
Собирая посылку для мужа, второе письмо — запретное, написанное на папиросной бумаге — я, как было уговорено когда-то, свернула в восемь раз и спрятала в подметку сапога. Я вдруг почувствовала себя девочкой, мечтавшей о недозволенных посланиях и тайниках… вот оно наконец и сбылось. Мне было и страшно и сладко оттого, что никто, никогда не прочтет это письмо — настоящее, полное признаний, — кроме того, кому оно предназначалось.
Глава 18. КУЗЕН
Летом 1838 года умерла матушка. Не скажу, что это стало для меня неожиданностью, хотя, казалось, запас физических и душевных сил у нее был воистину неисчерпаем: за минувшие годы матушка вынесла немало горестей, которых сулилась не пережить, начиная с моей свадьбы. Одна из этих горестей приблизила кончину моего несчастного отца, которого матушка пережила на двенадцать лет. В последний год она почти постоянно требовала моего присутствия, чего я, конечно, не могла исполнить… и, сказать по правде, вздохнула с некоторым облегчением, несмотря на самую искреннюю любовь, которую к ней питала.
Всем нам нужно было немного развеяться. После матушкиных похорон я предложила Саше съездить в Тверскую губернию, навестить тетушку Варвару Александровну Бакунину, урожденную Муравьеву. Та, по-муравьевски хлебосольная, давно звала к себе племянника, чая познакомить его с кузенами и кузинами (детей у нее было десятеро), но всё как-то недоставало времени. Саша охотно согласился.