Сибирская эпопея

Еще более сильное разочарование постигло находившихся в Сибири, где Джордж Кеннан проработал два года. И там новость узнали случайно, в связи с возобновлением навигации. Капитан американского китобоя, прибывшего после разрушения льдов, немало удивился, когда Кеннан представился ему членом телеграфной экспедиции. Телеграф? Разве вам не известно, что с ним покончено? И капитан поднялся на борт судна за номером газеты «Бюллетень Сан-Франциско» с описанием завершения авантюры «Вестерн Юнион». Кеннан, только что вернувшийся из отважной поездки на нартах по Восточной Сибири и одним из первых исследовавший и разведавший тысячи километров побережья Охотского моря, был страшно потрясен. Он написал: «До чего же тяжело отказываться от цели, которой отданы три года твоей жизни; чтобы достичь ее, нам пришлось перенести все мыслимые лишения, вызванные холодом, голодом и пребыванием на чужбине». Разочарование, постигшее его, было тем горше, что всего за несколько месяцев до того молодой доброволец, не сомневаясь в грядущем техническом и коммерческом успехе предприятия и полагаясь на гарантии, данные его работодателем, потратил свои скромные сбережения на покупку акций Русско-Американской телеграфной компании, доставленные ему в Иркутск на санях.

А ведь все было готово для завершения Великого телеграфа: помимо 75 американцев и 150 местных жителей, уже приступивших к работе, 600 других находились в пути, чтобы присоединиться к ним. Были отесаны 15 тысяч столбов, мобилизованы сотни ездовых собак, оленей и якутских лошадей. «Однако выбора у нас не было, и мы немедленно приготовились к отъезду».178