Корсары султана. Священная война, религия, пиратство и рабство в османском Средиземноморье, 1500-1700 гг. [litres]

Явное сопротивление центру проявлялось в отвержении назначенных бейлербеев. Это означало неповиновение султану и явное непризнание его авторитета. Впрочем, примеры убеждают, что практика превосходит теорию, и зависимость от рынка заставила столицу смириться, пускай и поневоле. В корсарских портах именно экономика была главным камнем преткновения между бейлербеями, янычарами и пиратскими экипажами. Янычары добивались права на долю от корсарской добычи, а левенды-добровольцы, не получавшие из казны жалованья и жившие лишь за счет трофеев, не хотели делиться ни с кем. Кроме того, янычары требовали, чтобы левенды несли военную службу на суше, но те наотрез отказывались. Первые, пусть и отчасти, добьются своего: в 1568 году алжирский бейлербей Мехмед-паша прикажет, чтобы янычаров наряду с левендами зачисляли как солдат в экипажи корсарских кораблей[1996]. А левендам предоставили право записываться в оджак, независимо от того, были ли они мусульманами от рождения или же обратились в ислам из христианства и иудаизма[1997]. И пусть даже в 1590 году янычарам вновь воспретят заниматься корсарством, это будет лишь временная мера, – потребуются солдаты для подавления очередного мятежа[1998]. С этих пор янычары всегда будут получать долю от корсарских трофеев – или как воины, или как судовладельцы. Еще один приказ от 1593 года прояснит иную проблему. В нем говорится, что левенды, даже допуская янычар на корабли, по возвращении в порт не платили пенчик и не отдавали часть доходов, необходимых, чтобы янычарам выдали меваджиб[1999].

Конечно, мы отдаем должное всем, кто не согласен с воззрениями де Граммона и его последователей на алжирскую историю и не рассматривает ее в свете непрестанной борьбы между реисами-мюхтэди и янычарами. Во-первых, не все реисы происходили из мюхтэди, как и не все янычары были анатолийскими турками. Еще важнее то, что в XVII веке, даже когда ослабевает власть бейлербеев и начинают править корсары и янычары, границы политических маневров все равно невозможно очертить профессиональной принадлежностью[2000]. Например, нам известно, что такие деи, как Меземорта Хюсейин, Тарык (Trik)[2001] и Шабан-ходжа, пришли к власти благодаря союзу с янычарами и реисами; причем Меземорту свергли не янычары, а другие реисы и судовладельцы, обеспокоенные его желанием заключить договор с Францией. Кроме того, они поставили на его место какого-то янычара. А потом уже сами янычары свергнут нового дея[2002].

Янычары никогда не признавали бейлербеев, которых назначал Стамбул. В 1556 году они выступят против Мехмеда-паши, сумев привлечь на свою сторону каидов Аннабы и Беджайи. Паша не сможет сойти на берег в этих портах и прибудет в Алжир, где его примут лишь благодаря благосклонности левендов. Казнив Хасана Корсо, ставшего бейлербеем вместо него, паша попытается наказать и янычаров, однако это приведет к бунту Юсуфа, каида Тлемсена, после чего пашу свергнут и казнят[2003]. В 1561 году оджак нацелится на Хасана, сына Барбароса. Бейлербей возьмет себе в жены дочь эмира Куку, вождя берберов Кабилии, и разрешит его людям носить в городе оружие; тогда янычары, расценив эти действия как шаги к тому, что бейлербей готовится ликвидировать их оджак и провозгласить независимость в союзе с эмиром, арестуют Хасана и вместе с его соратниками – каидом Улуджем Али[2004] и каидом Хасаном – отошлют в Стамбул[2005]. Столица вначале смирится и отправит Ахмеда-пашу управлять вилайетом, но после его смерти снова назначит на место бейлербея Хасана-пашу.