Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания

Как ни хорошо и интересно было работать, пришлось на Масленицу опять поехать в Усадищи, опять накопилось много поручений, да и у Марии Маркеловны не все было благополучно: Алеша заболел ветряной оспой. На Масленицу брать командировку было нельзя, пришлось ехать до Вырицы, а там «на Жуковском». Когда на эту станцию пришел поезд дальнего следования, Петр Архипович поднял меня со всеми моими вещами (рюкзак за спиной и две вещи в руках) как перышко, всунул в открытое в углу товарного вагона верхнее окошечко и опустил прямо на сидевших в вагоне людей. Никто не ворчал и не ругался, в почти полной темноте пассажиры молча толкали меня, а я также молча старалась пробираться к дверям. Продвижение это было таким медленным, что я спустилась с нар на пол и добралась до дверей как раз ко времени прихода поезда на станцию Чолово. Пассажиры с радостью выпустили меня, и я очутилась на платформе, а затем на розвальнях и ехала лесом в Усадищи.

Ветрянка у Алеша оказалась очень легкой, но он еще сидел дома, чтобы не передать болезнь другим ребятам. Девочки очень на него сердились, что из-за его болезни они были лишены в этом году удовольствия кататься на Масленице на санях. Алеша вообще был очень восприимчив к разным инфекционным заболеваниям. Я уже писала, что в год десять месяцев он болел скарлатиной (девочки не заболели), весной 1918 года он умудрился заболеть дифтеритом, в то время как случаи заболевания этой болезнью в городе были настолько редки, что врачи в клиниках не всегда могли демонстрировать студентам больных дифтеритом. Увозить девочек было некуда, Рукина была тяжело больна и лежала в госпитале, поэтому Алешу поместили в детскую больницу, которой заведовал доктор Вяжлинский. Наш детский врач, осмотрев Алешу, сказала, что его немедленно надо поместить в больницу и ввести ему сыворотку. Температура у него была почти нормальная, но она категорически запретила ему идти в больницу. Мы посадили его на стул и вместе с ней понесли его до трамвая, а потом от трамвая до больницы, никакого транспорта тогда было не достать.

Алешу поместили в бокс вместе с Марией Маркеловной. Форма болезни, как уже сказано, у него была легкая, но очень долго у него в зеве держались дифтерийные палочки, и мы измучились, дожидаясь, пока его выпишут. Девочки и в этот раз остались здоровы. Конкордия Иосифовна, наш детский врач, конечно, не взяла бы денег, о съедобном подарке не могло быть и речи, а чем-то отблагодарить ее нам очень хотелось. Когда Конкордия Иосифовна бывала у нас, она любовалась цветами, стоявшими у нас в гостиной, особенно ей нравились алетрисы[334], которые доставали у нас до потолка. Такой большой цветок мы ей подарить не могли, но выбрали хороший молодой алетрис, и я отвезла ей его на квартиру.