Электронная книга - «Первый стратилат (СИ)». Краткое содержание книги:
— Каким ужасным человеком был Чанакья! — выдавил Валерка, невидящим взором уставившись в пустоту. — Не представляю, как можно творить такое…
— Вот потому и говорю — не вздумайте противостоять ему. Твоя задача — отправить в прошлое стратилата, которого Чанакья так жаждет заполучить, и вернуться обратно. Петля времени замкнётся, и ты освободишься. Никаких сражений, никаких блужданий в чуждом мире. Даже не поддавайтесь искушению!
— Но если Лёве удастся облить святой водой стратилата до того, как он войдёт в Чанакью, что случится? Чандрагупта не будет превращён в пиявца, их война с Дхана Нандом закончится поражением Чанакьи, и история изменится?
— Никому не дано знать, что случится, — честно ответил Аравинд. — Чанакья очень умён. Даже не став стратилатом, он может выиграть войну. Я бы не обольщался слишком на этот счёт. Мир пластичен. Он поправляет себя. Ваше вмешательство в лучшем случае закончится лишь избавлением пространства от присутствия одной из злых сил, и это уже будет огромной помощью планете. Остальное оставим на волю богов и не станем размышлять, сильно ли изменится мир.
Валера погрузился в раздумья, прерванные голосом Аравинда.
— Оставьте мне адрес гостиницы, — негромко произнёс тот. — Выспитесь хорошо, а завтра утром я приеду за вами, и мы отправимся в Патну. Чуть не забыл! Два билета до Агры, — Аравинд вынул из-за пазухи и протянул конверт Веронике Генриховне. — Это для ваших спутников, которые не едут с нами. Пусть полюбуются на Тадж Махал. Он воистину прекрасен!
Вероника Генриховна положила конверт в сумочку, сдержанно поблагодарила Аравинда, попрощалась и вместе с Валерой покинула его дом.
— Ты серьёзно?! — Саша Плоткин, пожалуй, впервые за всю свою жизнь впал в нешуточную ярость.
Он хладнокровно перенёс то, что его невеста просила воспользоваться связями, чтобы замять дело Корзухина, он вытерпел унижение, когда его попросили хлопотать за троих совершенно незнакомых ему людей, чтобы они бесплатно прокатились в Индию, но теперь выясняется, что Вероника намерена возиться с мальчишками, а его, главного устроителя поездки, побоку?
— Знаешь, дорогая, — глаза Плоткина сузились, — мне теперь кажется, что я тебе вообще был не нужен. Тебе интереснее забавляться с детьми! — последние слова он выплюнул с особым презрением.
— Ну давай, — Вероника гневно вскинула голову. — Договаривай. Считаешь, я дошла до предела распущенности и хожу на свидания с семиклассниками, годящимися мне в младшие братья? Это ты хочешь сказать?
Запал Плоткина иссяк. Собственные подозрения показались вдруг глупыми, и он попытался загладить вину.
— Ладно, — продолжил он спокойнее, — пусть я не прав, но посмотри, как это всё выглядит с моей точки зрения. Ты тащишь в нашу первую совместную поездку чужих людей, просишь меня развлекать женщину вдвое старше меня, а сама собираешься уехать с двумя малолетними пацанами куда-то на два дня! Как я должен это понимать?
— Вы вернётесь из Агры в среду. Мы в тот же день вернёмся из Патны. Мальчишки хотят посмотреть на большой футбольный стадион, а Валентина Николаевна — на Тадж Махал, и мы обговорили это заранее. Не понимаю, в чём трудность? — кипятилась Вероника.
— В Патне нет футбольного стадиона! — сурово отметил Плоткин. — По крайней мере, такого, на который стоило бы смотреть.
— А гид говорит, что есть, — Вероника в сердцах показала Плоткину язык. — Кто лучше знает Индию: ты, изучавший её по книгам, или он, проживший здесь всю жизнь? Лично я больше верю товарищу Аравинде.
— Сдаюсь, — Саша отгородился от Вероники ладонями. — Я устал с тобой спорить.
— Не надо было и начинать, — удовлетворённо отозвалась она.
Кровать, выглядевшая при свете дня достаточно широкой, оказалась крайне тесной, когда они улеглись. Спиной к спине лежать было невозможно. Лёва поймал себя на том, что вот-вот скатится на пол. Не выдержав, он перевернулся на правый бок и уткнулся носом в шею Валерки.
— Ну что ещё там? — недовольно пробормотал тот сквозь сон, ощутив, как ненадолго прогнулась, заскрипев, постель, а потом вдруг его шее стало жарко от чужого сопения.
— Рука затекла, — пробурчал Лёва, желая оправдаться.
Впрочем, он не лгал. Левая рука, лежащая в непривычном положении, и в самом деле постепенно теряла чувствительность. Хлопов привык спать, подложив обе руки под подушку, но сейчас этого сделать было невозможно.
— Можно я её на тебя положу? — осмелел он. — А то девать некуда.
— А может, Хлопов, ты ещё и ногу на меня закинешь? — раздражённо прошипел Валера сквозь зубы.
— Нет, ногу не буду, — не понял сарказма Лёва, — нога нормально лежит, удобно. А вот рука устала. Так я могу? Просто сверху положу, она не тяжёлая.
— Рука у тебя, Хлопов, очень тяжёлая! Я это понял в лагере, когда ты каждую ночь пытался влезть под простынь, которой я закрывался от комаров и пиявцев. Того и гляди, казалось, ткань разорвёшь.
— Ну это… Извини. Я не в себе был, — виновато вздохнул Хлопов.
Ненадолго наступила тишина, а потом Лёва услышал то, на что уже и не рассчитывал.
— Клади. Тяжёлая она или лёгкая, без разницы. Я всё равно не дышу больше месяца. Разве что иногда для вида, чтоб родителей и одноклассников не пугать.
Рука Лёвы осторожно скользнула сверху, пристроившись где-то под рёбрами Валерки, чуть выше живота. Прошло около десяти секунд, и Лёва не поверил себе. Удар, ещё удар… В его руку толкалось что-то пульсирующее, горячее! Не может быть…
— Валер? — ошалело спросил он шёпотом. — Ты сердце что ли запустил? Тоже для вида, чтоб не напугать меня?
Лагунов не отвечал. Стиснув зубы, он пытался понять, как такое вообще могло случиться? Сердце застучало само, словно запущенное невидимой рукой. Или вполне зримой?
Нет, это чушь. Ерунда! Надо попросить, чтобы Хлопов убрал свою медвежью лапищу, и тогда неконтролируемое сердцебиение прервëтся, но Валера так и не сказал вслух ничего. За столько дней он впервые ощутил жизнь и тепло, и не желал этого лишаться. А за его спиной лежал Лёва, чувствуя счастье, покой и необыкновенную правильность происходящего, и мысленно просил, чтобы это никогда не прекращалось.
Комментарий к Часть 9. История, рассказанная гидом Аравиндой * Дух, душа.
В возрасте сорока двух лет император Чандрагупта Маурья принял отречение, ушёл в лес, отказался от пищи и скончался от голода.
====== Часть 10. Врата в прошлое ======
316 год до нашей эры. Паталипутра, столица Магадхи.
Брамин Вишнугупта Чанакья сидел в своих покоях за задёрнутым пологом, до боли стиснув в руках уттарью [1], заляпанную кровью. Ситуация сложилась гаже не придумать. Вовсе не этого он ждал, воцаряя Чандрагупту и выдавая за него замуж Дурдхару, младшую сестру изгнанного императора Дхана Нанда. Всё катилось к бхутам [2], а ведь прошёл лишь год после решающего сражения, когда прежний царь из династии Нандов был повержен, подвергнут побиению камнями и выслан за пределы столицы вместе с преданным ему министром Ракшасом!
Чанакья сбросил на пол и с досадой пнул ногой золотую чашу для омовений, инкрустированную сапфирами. Окровавленная вода, в которой он только что помыл руки, разлилась по полу. Глупая девчонка! Клялась же год тому назад не задавать лишних вопросов и во всём его слушаться, а он взамен обещал ей Чандрагупту в мужья и положение махарани [3]. Он сдержал слово. А она? Не стерпела, пошла наперекор. Вот и получила заслуженное. Он не хотел. Она сама его вынудила принять меры, ведь так с любимым учителем не поступают!