В горах Словакии [Повесть]
- Автор: Бабиков Юрий Николаевич
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Военное издательство
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «В горах Словакии [Повесть]». Краткое содержание книги:
Книга рассчитана на массового читателя.
Рецензент В. Н. Михановский
Десантники подобрали груз с боеприпасами и продовольствием, сброшенный с самолета, а потом все собрались в доме Михала Перечинского.
— Рация в порядке? — едва переступив порог, спросил Волчков у радиста Ивана Колпакова.
— Цела и невредима, — сдержанно улыбнулся тот.
В доме стало шумно и тесно, десантники говорили напоребой, радуясь, что все прошло хорошо. Волчков и Морозов расспрашивали Михала об обстановке в районе, и, хотя он знал немного, им стало ясно, что здесь развито антифашистское движение, в горах и лесах на своих базах обосновались партизанские отряды, а в городах и селах действуют подпольные национальные комитеты.
— Могли бы мы повидаться с председателем вашего комитета или с командиром ближайшего партизанского отряда? — спросил Волчков Перечинского.
— Я позвал председателя и членов нашего комитета, сейчас должны подойти.
Десантники сидели за длинным крестьянским столом и с аппетитом ели все, что им подавала Бланка, когда в дом вошли трое.
— Председатель комитета Петр Гинтер и члены комитета Юлиус Яношек и Рудольф Шольц, — представил их Перечинский.
Десантники потеснились, уступая им место у стола, Александр оказался рядом с Петром Гинтером. Это был полнеющий мужчина с внимательными глубоко скрытыми под лохматыми бровями глазами на умном открытом лице. Он огляделся и сказал с улыбкой:
— Прямо, как в сказке! Значит есть бог на небесах, значит дошли до него наши молитвы. Ну как нам, коммунистам, после этого не верить во всевышнего, если он сбросил на землю таких парней.
Все засмеялись, а Александр пошутил:
— У нас говорят: на бога надейся, да сам не плошай.
— А мы не плошаем, — вскинув голову, сказал Гинтер. — Готовим восстание против фашистов, надеемся на помощь Красной Армии.
— А наша группа рассчитывает на вашу помощь и поддержку.
— Можете на нас положиться, — ответил Гинтер и посмотрел на своих товарищей: они согласно закивали головами.
— Кто непосредственно руководит вами, от кого получаете инструкции, приказы? — спросил Волчков.
— Руководит районный национальный комитет.
— Связь с центром у вас есть?
— Прямой — нет. Все идет через районный комитет. Если вы не возражаете, мы сегодня организуем встречу с председателем районного комитета и командирами партизанских отрядов здесь, в селе, или на ближайшей базе в лесу.
— Так это же прекрасно! Но нам не хотелось бы задерживаться в селе. Лучше, наверное, будет, если мы перейдем на вашу базу.
— Перечинский проводит вас. Там пока никого нет. Отряд базируется в другом месте.
— Тогда выступаем немедленно. — И Волчков поднялся.
Через десять минут десантники оставили двор Перечинского, захватив с собой все, что могли унести. Остальной груз оставили в сарае. Михал вывел их к мосту через речку, за которой начинался лес.
«26.17.44. 6.00.
Украинский штаб партизанского движения.
Строкачу.
Приземлились благополучно. Попали в партизанский район. Установили связь с местным подпольем. Есть возможность принять новые группы. Приступаем к выполнению задания. В 24.00 просим выйти на связь.
Волчков, Морозов.
База находилась в лесной чаще в стороне от горной тропы и была хорошо замаскирована: пройдешь мимо — не заметишь. Несколько землянок под бревенчатыми перекрытиями, ниши для боеприпасов и продовольствия, кухонный навес, самодельная пирамида для стрелкового оружия — вот и все хозяйство.
Десантники разошлись по землянкам. Александр наломал хвойных веток, сложил их возле молодых сосенок, дружиной стоявших возле базы, накрыл плащ-палаткой, под голову бросил свернутую в скатку шинель. Он снял с себя снаряжение, сапоги и с вытянулся на пружинистой постели. В голове стоял легкий дурман от усталости и бессонницы.
Хотелось спать, но ее знал, что вот так сразу не уснет, будет лежать, думать, заново переживать события последних часов. С ним так случалось часто. Он убедился на собственном опыте, что на войне один и тот же бой приходится переживать трижды: первый раз, когда готовишься к нему, второй, когда сходишься с противником в схватке, и третий раз, когда замолкнут пушки и пулеметы и останутся одни воспоминания — острые, тревожные, волнующие. Александр закрыл глаза и тотчас же ощутил легкое покачивание, словно лежал не на хвойной постели, а летел в самолете. Вот мощный воздушный поток подхватил его и понес вверх, но тут же, обессилев, бросил вниз, и на какое-то мгновение установилось блаженное состояние невесомости. Он снова открыл глаза, увидел сквозь мохнатые еловые лапы синее небо. Оно было таким чистым, прозрачным и бездонным, что в нем будто растворились тревожные воспоминания минувшей ночи, и Александр незаметно уснул.