В горах Словакии [Повесть]

Люда села к роялю. Дирижер ждал и, когда она подняла на него глаза, взмахнул палочкой. Прозвучали первые величественные аккорды. Александр Николаевич испытал такое чувство, как будто находился не на концерте, а сидел на диване в уютной комнате квартиры Чадковых и слушал, как Люда готовится к уроку.

После концерта Александр ждал ее у служебного выхода. Он уже пережил первое волнение, был внешне спокоен, и только сердце продолжало тревожно биться.

Она вышла из подъезда с цветами в окружении каких-то мужчин и женщин и направилась к машине, где ее ждала толпа любителей музыки и автографов. Устало улыбаясь, она прошла мимо Александра, не взглянув в его сторону.

— Люда!..

Ему показалось, что он не произнес ее имя, а только пошевелил губами, но она остановилась, выпустила из рук цветы и медленно повернулась к нему. Потом рванулась, расталкивая стоящих на пути людей, припала к его груди и затихла. И, как раньше, он сжал ее лицо руками, стал целовать в губы, глаза, а она шептала:

— Саша, мой Саша...

После гастролей в Советском Союзе Люда уехала в Чехословакию, привела свои дела в порядок и вернулась в СССР. В Новый год они сыграли свадьбу, а в конце 1950 года у них родилась Наташка.

Росла дочь, Александр Николаевич продвигался по служебной лестнице, ему было присвоено звание генерала. Он несколько раз бывал с Людой в Чехословакии, встречался со своими боевыми друзьями: полковником корпуса национальной безопасности Гораном, подполковником Черноцким, секретарем горкома партии Дагмарой Черноцкой, директором машиностроительного завода Брайжеком. Последняя встреча в начале 1968 года оставила у него в душе тяжелый осадок. Опытный солдат сердцем почувствовал, что страна находится на пороге потрясений. Чехословацкие друзья говорили ему, что реакционные силы, потерпевшие поражение в 1945 году, и буржуазия, потерявшая власть в феврале 1948 года, при поддержке извне и в блоке с правооппортунистическими элементами внутри КПЧ активизировали свою деятельность, предпринимают отчаянные попытки ликвидировать революционные завоевания чехословацких трудящихся. И не получают должного отпора.