ХX век: проработка прошлого. Практики переходного правосудия и политика памяти в бывших диктатурах. Германия, Россия, страны Центральной и Восточной Европы

Органы ФСБ также существенно расширили влияние в силовых структурах, когда во второй половине 2010‐х годов во главе подразделений ФСИН, МВД и других ведомств, занимающихся техническими мероприятиями, связанными с прослушкой, киберразведкой и т. д., стали назначать чекистов (эти решения оформлялись «закрытыми» указами президента)[1260]. В своем докладе 2020 года «Лубянская Федерация. Как ФСБ определяет политику и экономику России» Центр «Досье» пришел к заключению, что «за последние десять лет ФСБ, преимущественно силовыми методами, поставила под свой контроль почти все государственные институты. Министерство обороны, Следственный комитет, Генеральная прокуратура, Министерство внутренних дел и другие структуры стали зависимы от ФСБ. Кроме того, представители спецслужбы регулярно влияют на решения судей, нарушая принцип независимости судебной ветви власти»[1261]. По мнению авторов доклада, «подобная система создает дисбаланс между государственными ведомствами и угрожает безопасности страны»[1262].

Ширились и функции ФСБ в плане политического контроля над обществом. На примере дела театральной «Седьмой студии», созданной режиссером Кириллом Серебренниковым, можно было наблюдать продолжение практики так называемого «курирования» интеллигенции, которым в советское время занималось 5‐е «идеологическое» Управление КГБ. Оперативным сопровождением дела «Гоголь-центра» занималась Служба по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом ФСБ (Вторая служба), которая, помимо прочего, оперативно обеспечивает деятельность всего Министерства культуры и подведомственных ему учреждений[1263]. В интервью РБК бывший начальник Центра общественных связей (ЦОС) ФСБ и выходец из 5‐го Управления КГБ Александр Михайлов, который сам ранее был замначальника отдела, занимающегося подобным кураторством, выступил с заявлением в духе андроповских времен: «Учреждения культуры могут использоваться противником для пропаганды в качестве структур, формирующих враждебное отношение к Российской Федерации. На их базе может осуществляться вербовка». Как пояснил Михайлов, «в данном случае это было поручено ФСБ, потому как она ближе к теме интеллигенции, более деликатно умеет с ней работать, чем МВД»[1264].

По данным Центра «Досье», Вторая служба «сочетает в себе большое количество достаточно разнородных функций: с одной стороны, она занимается борьбой с терроризмом, экстремизмом, межнациональными и межрелигиозными конфликтами, с другой — охраной режима от внутриполитических угроз, ставя знак равенства между этими сферами»[1265]. В то же время «на службу возложены обязанности по контрразведывательному обеспечению религиозной, социальной и культурной сфер, в том числе министерства культуры, министерства здравоохранения, министерства образования и различных НКО»[1266].