Избранные труды по русской литературе и филологии

[С тем пережитком, который ведет свое происхождение от представления о «чистой» науке, связан другой род наших ошибок]

Такого рода ошибки связаны не только с пережитками и [рефлексами] традиционной для старого литературоведения западной ориентации, но и с тем пережитком, который порожден вредным академизмом – представлением о будто бы существующей «чистой» науке. Мы часто думаем, что своими научными работами обращаемся к узкому кругу специалистов – жрецов этой самой «чистой» науки. Мы как будто позволяем себе в этих случаях не заботиться о том, какого рода общественно– и морально-политические выводы из наших работ могут быть сделаны широким кругом читателей – педагогами, студентами и пр. Это, мол, в порядке «чистой» академической науки, не зависящей от политики и к ней не обращенной. Это, конечно, грубая научная и гражданская ошибка, в которой и я бывал не раз повинен. Читатели и критики делают выводы сами – и не приходится обижаться, если эти выводы оказываются направленными против нас: виноваты мы – потому ли, что не сделали никаких выводов или потому, что выводы эти аполитичны.

Мы должны понять глубже, чем понимали до сих пор, [(особенно в довоенный период и в первое время после войны),] что мы не только как советские граждане, но и как советские ученые находимся в состоянии напряженной идеологической борьбы с буржуазным западом и что наша роль в этом деле в данный момент чрезвычайно важна и ответственна. В борьбе за развитие и укрепление [социали<стической>] коммунистической идеологии мы, советские ученые, занимаем сейчас своего рода командные должности и должны [показыва<ть>] показывать пример [патри] патриотизма и [дисциплины] гражданской сознательности. Это дело общее, дело жизни и будущего нашей страны. Именно поэтому я выступаю сегодня не только как ученый, но и как советский гражданин, понимающий всю [серьезность] политическую ответственность каждой нашей работы, каждого нашего слова.