Res Publica. Русский республиканизм от Средневековья до конца XX века [коллективная монография]
- Автор: История Коллектив авторов --, Бугров Константин Дмитриевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 9785444816790
- Жанр: История
Электронная книга - «Res Publica. Русский республиканизм от Средневековья до конца XX века [коллективная монография]». Краткое содержание книги:
Ответы на эти вопросы читателю предстоит искать вместе с авторами — ведущими историками и политологами.
Как мы сказали выше, с начала XIX в. отдельные республиканские принципы (уже не якобинского образца) стали элементами либеральной доктрины, прекрасно адаптировавшейся в рамках представительной монархии[1126]. Различия между республиканцами и либералами в период Реставрации и позже были зачастую весьма размытыми. Более того, до Июльской революции 1830 г. во французской политике «республиканцы» как активная, независимая группа фактически отсутствовали. Одна часть республиканцев времен Июльской монархии в эпоху Реставрации были либералами, другая вообще питала бонапартистские пристрастия. Во время Ста дней многие республиканцы и либералы (в частности, Констан) примкнули к Наполеону, тем самым затруднив прямую политическую идентификацию новых движений с республиканским прошлым. После финального поражения Бонапарта возвращение к республике и империи оказалось невозможным. Наследие 1789 г. (свобода, равенство и братство, антиклерикализм и патриотизм, культ гражданских добродетелей и идея народного суверенитета) перестало принадлежать исключительно республиканцам. Например, «доктринеры» или «конституционалисты» (такие, как Ф. Гизо и П. П. Руайе-Коллар) сосредоточились на защите легальных электоральных принципов, легших в основу хартии 1814 г., и свободы прессы[1127]. Либеральные политики прямо ассоциировали себя с принципами представительной монархии 1789 г. и защищали «третий путь», отличая его как от абсолютистской монархии, так и от революционной республики[1128].
Какие формы республиканизм принимал в эпоху Реставрации? Отчетливо республиканская пресса возникает лишь к концу периода (например, в 1829 г. начали выходить два издания с республиканской программой: «Молодая Франция» А. Марра и «Трибуна департаментов» братьев Фабр). Кроме того, республиканские убеждения разделяли члены некоторых тайных обществ, подобных «Единству» Ж. Рея, в мае 1816 г. попытавшемуся захватить Лион и установить там республику. Впрочем, не все тайные общества стремились к вооруженному восстанию. Многие французские карбонарии (по большей части молодые дворяне) желали не свергнуть, но усовершенствовать монархию через пропаганду патриотизма и / или национализма, бонапартизма и республиканизма, понимаемого, впрочем, весьма обобщенным образом[1129].
Начало собственно республиканского движения во Франции датируется первыми годами Июльской монархии. По мнению П. М. Пилбим, кристаллизации и радикализации республиканизма способствовали три обстоятельства: недовольство многих либералов итогами революции 1830 г., экономические проблемы и неспособность нового режима решить их, а также эффект длительных экономических и социальных изменений, в частности растущей индустриализации, создавших предпосылки для развития социалистических учений. Пространством, в наибольшей степени захваченным новыми республиканскими настроениями, оказались общества и клубы (например, «Друзья народа» или «Права человека»), проповедовавшие патриотизм, свободу печати и всеобщее образование. Деятельность клубов поддерживалась прессой, в частности изданием Э. Кабе «Populaire», агитировавшим скорее не за политические, а за социальные реформы. В 1833 г. возникло общество «Ассоциация за свободное и бесплатное образование народа», секретарем которого стал Кабе, а вице-президентом — Ф. Араго. Общество прямо называло себя республиканским. В число республиканских политиков и публицистов в этот период входят депутаты, писатели, журналисты (Г. Кавеньяк, О. Бланки, Ф. Бюшез, Ф. В. Распай, Кабе, Лафайет, Марра, А. Каррель и др.). По социальному составу новые клубы не были чисто дворянскими, а включали в себя представителей третьего сословия[1130].
В политическом смысле республиканцы держались принципов 1789 г. Так, Кабе высказывался в пользу правления, основанного на народном суверенитете, при котором законы и конституция утверждаются непосредственно населением Франции. Конституция должна была служить гарантией личных свобод граждан, равенства и защищать права собственности. Кабе выступал за свободу вероисповедания, собраний, прессы, требовал ограничения монополий и свободы экономической деятельности. Равенство необходимо было обеспечить с помощью бесплатного образования и медицинской помощи бедным. Национальное собрание составляло бы основу политического правления, депутаты получали бы жалованье, а исполнительная власть назначалась бы на ограниченный период времени. В число прочих требований Кабе входили независимость судов и избираемость офицеров солдатами. Эту программу разделяли почти все французские республиканские политики 1830‐х гг. Впрочем, исключения также имели место. На многих республиканцев 1830‐х гг. большое влияние оказали труды профессионального революционера Ф. Буонаротти, который обосновывал прежде всего важность якобинской диктатуры как демократической и подлинно эгалитарной формы правления[1131].
1126
Pilbeam P. M. Republicanism in Nineteenth-Century France, 1814–1871. London, 1995. P. 13. См. также: Nicolet C. L’ idée républicaine en France (1789–1924). Paris, 1982.
1127
О политической деятельности Гизо см.: Rosanvallon P. Le moment Guizot. Paris, 1985.
1128
Pilbeam P. M. Republicanism in Nineteenth-Century France. P. 47–64.
1129
Ibid. P. 74–82.
1130
Pilbeam P. M. Republicanism in Nineteenth-Century France. P. 95–103.
1131
Ibid. P. 106–109.