Res Publica. Русский республиканизм от Средневековья до конца XX века [коллективная монография]

20 июня 1791 г. король Франции бежал в Варенн. Это событие символизировало, по мысли Монье, «первый республиканский момент» во французской истории. Именно в это время среди революционных деятелей возникает мысль о введении в государстве республиканского правления. Так республиканизм из партийной идеологии превращается в политическое убеждение, объединявшее представителей самых разных сил в их стремлении противостоять принципам Старого порядка. Публичное пространство наполняется призывами к введению республиканского строя, высказанными в форме петиций, адресов Национальному собранию или в парламентских речах[1116].

После 10 августа 1792 г. слово «республика» становится одним из самых важных элементов политического словаря и дает импульс к институциональным преобразованиям. С этого момента Францию начинают повсеместно называть республикой, что на символическом уровне помимо прочего означает тотальный разрыв со Старым порядком. На заседании Национального Конвента 22 сентября Ж. Н. Бийо-Варенн предлагает называть текущий год не четвертым годом свободы, а первым годом существования Французской республики. Три дня спустя было официально объявлено о провозглашении республики: «Национальный Конвент объявляет, что Французская республика едина и неделима»[1117].

Вместе с изменением типа правления во Франции меняется и семантика самого понятия «республика»: оно окончательно отделяется от принадлежности к одной из революционных партий и обретает позитивные характеристики, связанные с ценностями классических республик — свободой, патриотизмом и политическим равенством. В контексте политической мобилизации осени 1792 г. перспектива республиканской конституции формирует новый образ французского народа — носителя республиканских идеалов, стремящегося обрести права и установить режим социальной справедливости. Республика, по мнению Монье, оставаясь утопией, обращенной в будущее, тем не менее принимает конкретные очертания — получает воплощение в ценностях, политических институтах и территории, которую следует защищать от врагов[1118].

Более того, «республика» зачастую оказывается синонимом «отечества» как такового, особенно во время публичных праздников и чествования национальных героев. Патриотизм, нравственная приверженность революционным идеалам и республиканская гордость становятся характерными чертами нового образа республиканца, которого отличала забота об общем благе, любовь к отечеству и ненависть к тиранам в античном духе. Войны, которые вела революционная Франция в 1793–1794 гг., заставляли лидеров Конвента максимально мобилизовать население. В ситуации острого внешнеполитического кризиса усиливаются меры по борьбе с врагами республики и унификации, базирующейся на насилии.