Эпоха «дворских бурь». Очерки политической истории послепетровской России (1725–1762 гг.)
- Автор: Курукин Игорь Владимирович
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Наука
- ISBN: 978-5-02-039672-2
- Жанр: История
Электронная книга - «Эпоха «дворских бурь». Очерки политической истории послепетровской России (1725–1762 гг.)». Краткое содержание книги:
Иные авторы как будто и не представляют себе реалии XVIII столетия, когда заявляют, что «самодержавная власть вызывала недовольство крестьян», а их господа всерьёз увлекались «идеями свобод и вольностей».[158] В итоге даже в специальных научных курсах проблема подменяется простым перечислением соответствующих эпизодов.[159] В литературе междисциплинарного типа ситуация схожая. В работах по истории государства и права и соответствующих словарях дворцовые перевороты или не упоминаются,[160] или объясняются недовольством «более широких слоёв правящего класса», в условиях которого «гвардия начинает диктовать свои условия (кондиции), которые вынуждены принимать монархи».[161]
Порой же анализ событий подменяется поверхностной публицистикой. В таких сочинениях послепетровская эпоха оценивается как безысходный «тупик» или трактуется в стиле романов середины позапрошлого века: «Бездушные люди, убогие времена, проматывающие ранее приобретённое», — а их авторы обличают злодеев-временщиков, чьим главным орудием была «чувственность».[162] В потоке статей и эссе с налётом сенсационности можно встретить и утверждения о пугачёвском восстании при… Елизавете или рассуждения о «колонизации России активными европейскими жуликами».[163] Подобные, мягко говоря, поверхностные оценки закрепляются в массовом сознании с помощью перепечаток дореволюционных исторических романов о «дворцовых тайнах»[164] или фильмов в стиле «русского вестерна» с патриотическим уклоном.[165] Лишь немногие публикации отличаются серьёзным подходом к источникам и обращением к новым документам.[166]
Как можно видеть, уход от обусловленных идеологией формулировок сменился появлением различных подходов к проблеме развития российского государства и общества послепетровской эпохи, что можно только приветствовать. Однако отсутствие специального исследования такого специфического института, служившего «регулятором» российского самодержавия, как «переворотство», приводит к терминологической неясности (когда, например, вступление на престол Екатерины I оценивается и как «избрание», и как «типичный военный переворот») и полярно противоположным оценкам — например, событий 1730 г.
Источники
Интерес к драматическим событиям дополнялся особым значением для правящего сословия любых перемен «наверху» сверхцентрализованной державы. Редкий из родов дворянской элиты XVIII–XIX вв. не испытал превратностей политического развития страны. Взлёты и падения целых фамилий, чередования милостей и опал прочно держались в памяти даже спустя несколько поколений; стоит вспомнить, как Пушкин прямо связывал свою судьбу с поведением деда, оставшегося верным Петру III во время переворота 1762 г.
Тайны придворной жизни неизбежно привлекали внимание современников и потомков. Но официальные манифесты о многом умалчивали и многое искажали; дворцовые интриги и суматоха ночных переворотов не способствовали созданию и хранению компрометирующих документов; написанные на склоне лет мемуары не всегда предполагали открытие истины, тем более что у их авторов ещё должна была сформироваться потребность размышлять над прошлым. Фигуры петровской эпохи — в основном люди действия, а не мысли; герои событий 1725 г. и последующих лет в подавляющем большинстве воспоминаний не оставили.
Документы, затрагивавшие престиж династии, тщательно охранялись в архивах. Порой некоторые факты оставались загадкой даже для самой власти: так, Павел I, вступив на престол, стал выяснять судьбу своего свергнутого и убитого в 1762 г. отца Петра III, предполагая, что он мог быть ещё жив; через сто лет правнук Павла Александр III столь же серьёзно расспрашивал историка Я. Л. Барскова, чьим всё-таки сыном был сам Павел.[167]
Отдельные факты, вероятно, так и не найдут на этих страницах убедительного объяснения: историку не всегда дано до конца постичь «дух времени» и характеры своих героев; некоторые подробности событий по-прежнему останутся неизвестными. Далеко не все документы о дворцовых тайнах дошли до нашего времени. Рукописи горели, терялись, редактировались, уничтожались или фальсифицировались заинтересованными лицами. Захватившая престол в 1741 г. Елизавета распорядилась изъять из государственных учреждений все дела с «известным титулом», то есть с упоминанием свергнутого императора-младенца Ивана Антоновича; имеются утраты в следственном деле канцлера А. П. Бестужева-Рюмина; идут споры о подлинности якобы уничтоженного письма А. Г. Орлова об убийстве Петра III; не обнаружены подлинник отречения того же Петра III и конституционный проект 1772 г., в составлении которого якобы участвовал наследник Павел Петрович.
158
См.: Исаев И. А. История государства и права России: Полный курс лекций. М., 1994. С. 106; Он же. История России: традиции государственности. М., 1995. С. 52; Политология на российском фоне. М., 1993. С. 66, 182.
159
См.: Ештокин С. А. Абсолютизм в России (1725–1825 гг.): Учебное пособие. М., 2001. С. 30–95.
160
См.: История государства и права России: Учебник / Под ред. Ю. П. Титова. М., 2001; История отечественного государства и права / Под ред. О. В. Чистякова. М., 1996. Ч. 1; Российская государственность в терминах: IX — начало XX вв.: Словарь. М., 2001.
161
Исаев И. А. История государства и права России: Учебное пособие. М., 2002. С. 114–115.
162
См.: Буровский А. М. Несостоявшаяся империя — 2. Незнакомая Россия: историческое расследование. Красноярск; М., 2001. С. 83, 427; Ильин В. В., Панарин А. С., Ахиезер А. С. Реформы и контрреформы в России: циклы модернизационного процесса. Теоретическая политология. М., 1996. С. 36; Мунчаев Ш. М., Устинов В. М. Политическая история России: от становления самодержавия до падения Советской власти. М., 1999. С. 48.
163
См.: Аспидов Ф., Степанов Д. Подъём — переворот // Знание — сила. 1993. № 7. С. 91–93; Волгин И. Кто убил Петра III? // Президент. 1994. № 1. С. 19–22; Ежов В. В. Самые знаменитые заговоры и перевороты России. М., 2002. С. 100 и далее; Соловьёв О. Ф. Кинжал под кринолином // Наука и религия. 1995. № 1. С. 32–37; № 2. С. 34–37; № 3. С. 46–48; Тюрин В. Два долгих дня, или Неотпразднованные именины // Знание — сила. 1993. № 8. С. 107–117; Цареубийства: Еибель земных богов. М., 1998. С. 265–314; Янов А. Драма Смутного времени. Дело 1730 г. // Полис. 1994. № 1. С. 159–177.
164
См.: Авенариус В. П. Бироновщина. Два регентства. Опальный. М., 1994; Волконский М. Н. Соч.: В 4 т. М., 1992; Иоанн Антонович. 1740–1764: Романы, повесть. М., 1994; Елизавета Петровна (1709–1761): Сб. романов. М., 1994; Пётр II (1715–1730): Сб. исторических романов. М., 1995; Пётр III (1728–1762): Сб. романов. М., 1995; Полежаев П. В. Романы. М., 1995; Салиас Е. А. Петербургское действо. М., 1994; Соловьёв В. С. Юный император. М., 1993 и др.
165
Режиссёр-постановщик многосерийных «Тайн дворцовых переворотов» С. Дружинина мыслила свой фильм как повесть «о нелёгкой женской доле» русских императриц: «Неправда, что все они были дуры буржуазные… Каждая совершенно искренне заботилась о государстве российском по мере своих возможностей и талантов. Фаворитизм был развит тоже, потому что ничто человеческое им не чуждо. Но все решения, которые принимались нашими императрицами, были на пользу отечеству» (Комсомольская правда. 1996. 10 июля).
166
См., например: Иванов О. Загадка писем А. Орлова из Ропши // Московский журнал. 1995. № 9. С. 13–19; № 11. С. 10–18; № 12. С. 9–17; 1996. № 1. С. 37–43; № 2. С. 32–39; № 3. С. 25–29.
167
См.: Эйдельман Н. Я. Герцен против самодержавия: Секретная политическая история России XVIII–XIX вв. и Вольная печать. М., 1984. С. 146.