Золотая Колыма. Воспоминания А. С. Яроцкого о Колыме в литературном контексте
- Автор: Яроцкий Алексей Самойлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Нестор-История
- ISBN: 978-5-4469-1793-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Золотая Колыма. Воспоминания А. С. Яроцкого о Колыме в литературном контексте». Краткое содержание книги:
Книга адресована широкому кругу читателей.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Героем «Золотой Колымы» был легендарный основатель и первый начальник «Дальстроя» Э. П. Берзин. Рассказ Яроцкого о судьбе «железного чекиста» Берзина носил полемический характер. Яроцкий вступает в спор с автором «Архипелага Гулаг», утверждавшим, что вся история советской власти – это насилие, лагеря, террор и подавление воли народа. Яроцкий находит положительные моменты в деятельности руководителя «Дальстроя» Э. П. Берзина и организатора колонии для малолетних преступников М. С. Погребинского.
Яроцкий знал, что в конце 20-х гг. годов Берзин был начальником «Красновишерстроя» – лагерной стройки, которая велась силами НКВД. Там Берзин проявил себя как талантливый организатор и «оброс целой плеядой людей, из которых многие были ему обязаны всем, даже свободой» (ЗК. С. 68).
Б. Н. Лесняк писал: «В 1929 году Берзин возглавил строительство Березниковского химкомбината на Северном Урале. В. Шаламов, отбывавший на Вишере первый срок в 1929 году, был кем-то вроде старшего подрядчика и находился в свите Берзина. Поэтому хорошо знал его окружение… Шаламова, освободившегося из заключения…, Берзин приглашал поехать с ним на Колыму. Шаламов от предложения отказался»[94].
В. В. Есипов, анализируя отношение автора «Колымских рассказов» к Берзину, заметил: «Заставший эти времена (имеются в виду времена правления Берзина на Колыме. – Н. М.) будущий знакомый Шаламова А. С. Яроцкий вспоминал, как директор Дальстроя моментально выписывал досрочное освобождение участникам строительства большого, уникального по инженерной мысли моста через Колыму в районе поселка Дебин»[95].
Яроцкий застал то время, когда Берзин работал на Колыме: «В 1931 г. во весь рост встал вопрос об освоении Колымы, т. к. наличие там золота было уже не легендой, а реальным, доказанным геологами фактом. Нужен был человек, способный возглавить дело, и выбор пал на Берзина.
…в январе 1932 года в бухту Нагаево вошел пароход “Сахалин” с Берзиным, а через год начали прибывать тысячи заключенных. Эпопея “Дальстроя” началась… с ликвидации партийных и советских органов, от которых Берзин даже не принял отчета» (ЗК. С. 68).
Берзин заботился о заселении Колымы, ввел льготы для заключенных, готовых остаться на Крайнем Севере.
Время подтвердило, что Яроцкий был прав в главном: заслуги начальника «Дальстроя» состояли в том, что он не только исполнял задание Сталина, но старался действовать в интересах людей, работавших под его руководством.
Шаламов задумал очерк о Берзине, но успел сделать «Схему очерка-романа». Шаламов отверг созданную Берзиным лагерную систему, при которой питание заключенных зависело от выработки[96]. Писатель не верил в «перековку» уголовников, не верил в перевоспитание преступников в процессе лагерного труда. Еще во время первого лагерного срока Шаламов убедился, что «…проводился великий эксперимент растления человеческих душ, распространенный потом на всю страну и обернувшийся кровью тридцать седьмого года»[97].
Система «перековки» уголовников породила чудовищное явление – лагерных «стахановцев».
Лагерные «стахановцы»
Все авторы колымского метатекста писали о том, каким страшным явлением были лагерные «стахановцы». Как правило, стахановские бригады формировались из уголовников, которым приписывалось то, что сделано заключенными, осужденными по 58-й статье. Эти заключенные, несмотря на все усилия, продолжали получать «штрафные» пайки, а они были настолько скудными, что люди от голода быстро превращались в доходяг.
Шаламов часто возвращался к разоблачению пропагандистского образа стахановцев. В новелле «Надгробное слово» Шаламов рассказал о судьбе бригады, собранной бригадиром Дюковым из крестьян, молодых и сильных мужчин, героически работавших в голодную зиму 1937/1938 гг. Дюков просил начальство их подкормить, но ему отказали, а бригаду стали обсчитывать. За попытку протеста бригада вместе с бригадиром была расстреляна[98].
Трагическое содержание темы лагерных «стахановцев» раскрыто в рассказе Г. Воронской «Выстойка на морозе», где описана гибель заключенного Андреева. Он попал в изолятор за открытый протест: сказал горному мастеру, что бригаду уже 20 дней держат на штрафном пайке, а их выработку приписывают уголовникам, которые целыми днями сидят у костра[99].
94
Лесняк Б. Я к вам пришел… С. 248.
95
Есипов В. Шаламов. С. 157.
96
Шаламов В. Т. Собрание сочинений в четырех томах. Т. 2. С. 255.
97
Там же. С. 256.
98
Шаламов В. Т. Левый берег: Рассказы. М.: Современник, 1989. С. 11–12.
99
Воронская Г. А. Выстойка на морозе // Дорога в неизвестность / Сост., подг. текста, предисл. Т. И. Исаевой. М.: РуПАб, 2007. 330 с. С. 183.