Мобилизованное Средневековье. Том 1. Медиевализм и национальная идеология в Центрально-Восточной Европе и на Балканах

Для Польши после войны была актуальной проблема обоснования новых границ: права на Силезию и Поморье, а также утрата восточных территорий, отошедших к СССР. Для этого официальные польские историки обратились к медиевальной аргументации. В их работах подверглась критике идея «монархии Ягеллонов» — концепция создания в XV–XVI вв. большой восточноевропейской монархии под эгидой династии Ягеллонов. Отказ от нее означал признание легитимности восточной советско-польской границы после 1945 г. Особо обсуждалась проблема легитимности Люблинской унии 1569 г. и ее последствий. Конечно, эти взгляды высказывались под давлением официальной идеологии, и польские историки на самом деле так не думали[889]. Перед нами пример использования медиевализма в актуальных политических целях.

Решение о создании многотомной «Истории Польши», написанной по новым историческим канонам, было принято еще в 1952 г., но ее создание заняло несколько десятков лет. Оказалось, что проще подготовить многотомники по истории отдельных земель: «История Силезии» (т. 1–3, 1960–1976)[890], «История Поморья» (т. 1–2, 1969–1984)[891] или по социальным группам («История польских крестьян» (т. 1–3, 1970–1980)[892]. В 1950–1980-х гг. вышло много обобщающих книг по истории Польши, подготовленные краковскими, варшавскими и другими авторами, а также целыми научными коллективами[893].

В Чехословакии в 1958 г. вышел первый том «Обзора чехословацкой истории»[894], в дальнейшем выходили научные и научно-популярные обобщающие труды и очерки «Истории Чехословакии». Историки Югославии были увлечены написанием истории объединенной страны, то есть в основном Новейшей историей. Средневековые аспекты затрагивались в «Истории народов Югославии» (первый том — в 1953 г.)[895], «Истории словенского народа» (первый том — в 1954 г.)[896], «Истории Белграда» (первый том вышел в 1974 г.)[897] и в «Истории Югославии», написанной С. Чирковичем, И. Божичем, М. Экмечичем, В. Дедиером и опубликованной в 1972 г.[898]

Средневековая история обязательно изучалась в аспекте образования раннефеодальных государств[899]. Концепции послевоенных историков определялись установками марксистской теории происхождения государства, но вместе с тем сам по себе вопрос о происхождении и государства, и народа неизбежно перекликался со старыми идеями «origo gentis» и объективно способствовал реанимации медиевализма. Тем более что историки активно искали аргументацию в пользу древности славянской государственности. Это обоснование значимости державы Само (VII в.) на территории Словакии[900], трактовка Великой Моравии как одного из первых средневековых европейских государств, противостоящей западной державе Карла Великого[901]. Здесь большую роль сыграли раскопки древнего славянского поселения в Микульчицах и поиск там Йозефом Поуликом могилы знаменитого славянского апостола св. Мефодия.