Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть I: 1878 – лето 1907 года

Однако кажется все же, что главный нерв противоречий между грузинскими социал-демократами состоял не в формулировке устава. Ведь в их среде наблюдались глубокие противоречия задолго до образования партийных фракций. Похоже, что в их случае фракционный раскол дал выход накопившимся уже разногласиям и взаимной неприязни, и дело было не только в разном понимании партийной дисциплины и демократии. Изначально в Грузии в РСДРП вошли группы людей, объединенных приверженностью к марксизму (довольно плохо тогда им известному), но различных по образовательному уровню, социальному положению, национальности. Затем должны были иметь место определенные процессы притирки, сплочения, так же как и ссоры, разрывы; то и другое происходило на фоне постоянной смены состава из-за арестов, ссылок и прихода новых членов. Среди отошедших к меньшевикам

было, пожалуй, больше образованных интеллигентов из состоятельных городских кругов, состав же большевиков был более демократичным. Однако история грузинской организации РСДРП описана недостаточно для того, чтобы заключить, что в этом и был корень проблемы. Тем более что легко находятся и противоположные примеры: среди заметных меньшевиков были люди скромного происхождения, например Георгий Уратадзе и Иосиф Иремашвили (по социальному статусу не сильно отличавшийся от бывшего своего друга Иосифа Джугашвили), а среди большевиков оказались и выходец из солидной буржуазной семьи Сурен Спандарян, и обладатель княжеского титула Александр Цулукидзе.

Примечательно, каким образом описан раскол на фракции в докладе Л. Берии «К вопросу об истории большевистских организаций в Закавказье». Разумеется, авторы доклада оперировали исключительно пропагандистскими штампами, но зачастую за выбором того или иного стереотипного определения крылись тщательно продуманные акценты или упакованные в обороты этого условного языка намеки и неявные возражения оппонентам. Подводя итоги в первой главе доклада, авторы, отметив «известную положительную роль» группы «Месаме-даси» в распространении идей марксизма, перешли к критике: «„Месаме-даси“, однако, не была однородной организацией, большинство „Месаме-даси“, во главе с Н.Жордания, представляло оппортунистическое течение – „легальный марксизм“, вульгаризировавшее и искажавшее основы революционного марксизма, отрицавшее идею гегемонии пролетариата в революционном движении, политическую революционную борьбу рабочего класса против самодержавия и идею пролетарской революции и диктатуры пролетариата. Большинство „Месаме-даси“ вульгаризировало и приспособляло учение марксизма к интересам буржуазно-капиталистического развития и буржуазного национализма»[485]. На фоне приведенных выше цитат из работ Жордании вторгаться в дискуссию об «отрицании гегемонии пролетариата в революционном движении» есть дело безнадежное. Но симптоматично появление среди этого набора стандартных обвинений упоминания о «буржуазном национализме». В следующем абзаце доклада, говоря о подлинно «революционномарксистском» крыле, представленном «меньшинством „Месаме-даси“» (а именно Сталиным, Кецховели и Цулукидзе), был подчеркнут его «интернационалистский» характер[486].