Моментальные записки сентиментального солдатика, или Роман о праведном юноше
- Автор: Юхананов Борис Юрьевич
- Год: 2015
- Язык: русский
- Год: Бертельсманн Медиа Москау
- ISBN: 978-5-88353-661-7
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Моментальные записки сентиментального солдатика, или Роман о праведном юноше». Краткое содержание книги:
Так заканчивает Мейлер свою книгу!..
Яблони и черемухи расцветают разом — вспыхивают…
Моем окна в ленкомнате. Мир сквозь влажное стекло и скрип… Зелень в глаза. Освобождение и неожиданная радость. Кряхтение от натуги. А теперь утро и скрип росистой травы под сапогами… Окунул в нее ладонь, влажную прижал ко лбу, к щеке, к подбородку, к шее… Ласка росы!
Живые квадратики и прямоугольники маршируют к столовой… Копьеносцы уже начинают витать вокруг лоснящихся солдатских морд… Жара, губы пересохли, язык прилипает к нёбу, каждый шаг отдается в голове… Идем по лесу, и солнце гонится по ветвям за нами… Я отстал… Здесь прошлым летом, по-моему, ломали сучья на веники… У-ххх! Скоко мошкары! Тьфу! И одуванчики! Одуванчики кругом! Черт их возьми! Эти желтые одуванчики…
Володя Волошин (Библиотека. К вечеру. Восемь часов):
— Смысл жизни в том, чтобы быть состоятельным человеком и не на плохом счету, и иметь хорошую должность… я понимаю, когда была мировая революция… а щас… странно. Ходите в этом халате, сводите концы с концами… Но в наш-то век, в наш… Вот что сгубило человечество и еще не раз сгубит? Деньги, все из-за них…
Ольга Владимировна (библиотекарша):
— Ой! Как это все противно. Я уже в эти проблемы не могу, я поставила крест… (Высунулась в окно.) Сколько время? Ой! Сколько время?.. Слушайте, хороший дождь был или плохой? Не промочил? Комары кусаются?.. Татьяна, кофту неси мне (смеется)… А что я неправильно сказала… Что Волошин как на ладони весь?.. Скользкий тип… Кусаться пока не может… Научится.
Читаю… Андрюша Иванов:
— Не-е, мне домой хочется… Только не хочется испытывать того, когда уезжаешь… Никит, ты не хочешь отвлечься?
— Отвлечься? Вся наша жизнь сплошное отвлеченье. От чего отвлечься, Андрюша? От этой жизни отвлечься бы… Я читаю, я отвлекся…
В казарме нервы натянуты на разрыв. Вытанцовывают, подхлопывая себя, азербайджанцы — гнусавые три струны, — ненавижу флейту! Черти, черти, черти, черти!
И здесь врывается рассказ Головы «О сержантском пёре!»
Он — могучий… Она второй курс журфака — лапочка. Третьяковка. Две недели гулял — даже не поцеловал. Утром съел селедку. Третьяковка… Ходят, осматривают картины… Тянет на пёр. Крепится… А здесь «Явление Христа народу» — крепится. Первый зал, второй зал: «Пойдем на первый этаж иконы смотреть!» (Там сортир рядом.) Закрыт… («Буду терпеть до конца!») Провожает. У подъезда: «Пойдем ко мне, у меня никого в квартире…» (Тут надо знать его — уж если начнет пердеть — дом трясется!) Она на кухне… Ну наконец-то… Боже! Сортир рядом. Уже нет мочи, но нельзя — все слышно будет сквозь папирусные стенки!.. Комната!.. Темная. Срывает пиджак, кидает на кровать в угол! И… очередями! Она входит… (Амбрэ!) Он хватает пиджак и пиджаком — в угол — «загоняет злых духов»! «Ты что?» — «Стульчик ищу!» Она… включает свет — на кровати дрожащая парочка! (Сестра с любовником.) В реальной истерике — зуб на зуб… оба трясутся… Он в коридоре! — надо уходить — пиджак на плечо, ногой дверь. Раз уж хам, то до конца! Им — громовым басом: «Эх-х-х, интеллигенты, напердели-то как! (и уж на весь подъезд…) „Этот день победы порохом пропах! Этот праздник со слезами на глазах…“».
Бомбардировка!
Крах бомбардира…
24.05.81.
В это последнее майское воскресенье сидеть на лавке в курилке и строчить, тьфу, строчить ни при чем… Скинул хэбэшку, солнце дышит на плечи. Черный голубь семенит по асфальту… Утром его собрат младенчески гулил под крышей казармы.
Я еще не привык к зелени и лету… И сейчас состояние удивленного счастья — благостно. Я сижу в курилке на лавочке, а на крыше жарится Дракончик… Спит. Шерсть его выгорела (славянская порода)… Как чучело стал…
— Эй!
Ноль внимания.
— Эй!
Уже на меня оборачиваются как на сумасшедшего… и вот я лезу к нему… на крышу.
— Драконище!
Щурится на меня, когда тормошу его — проснулся…
— Ну что, морда! Как дела во вселенной?
Зевает, ладонь под щеку подставил, облокотился на шифер… Пристально смотрит на меня… Вдруг дернулся:
— О да! Чуть не забыл — я тебе тут сигареток припас.
И откуда-то из груди выудил пачку «Мальборо»… Закурили. А под нами идет своим чередом солдатская мельтешня… В курилке на лавочке растянулся, положив горячую пилотку под щеку, Артюрчик-армянчик…
— Давай просто позагораем, Никита, мне… Ах-х!..