Чернобог (СИ)

— Кому как, — опять прервал его Тим.

— Давай ты не будешь перебивать старшего, который рассказывает вещи, важные для тебя самого, — недовольным тоном сделал замечание Илья.

— Прости.

Он раздражённо зарычал.

— Короче! Я припас тут повсюду стрелы. Просто говорю тебе. Доставать я их буду легко и непринуждённо. — Илья топнул ногой по сухой земле, и из неё тут же прыгнул ему в руку заряженный болтами барабан. — Их тут достаточно для ближнего боя. Мне будет сложно с луком, но из другого оружия у меня только короткий нож.

— Здорово, что ты меня предупредил, — оценил Борзой и нарвался на гневный окрик:

— Ты будешь дослушивать, или нет?! Стрелы адамантовые, тупятся плохо, так что, разрядив по тебе барабаны, я смогу использовать уже стрелянные. Как ты понимаешь, шансов у тебя немного. Но ты опытный боец, так что я пожелаю тебе удачи.

Тим послушно молчал и охреневал от перспектив снова оказаться под ливнем стрел. Илья выжидательно поморгал на него и бросил:

— Ну?

— Что — ну? — не сообразил Борзой.

— Ты мне, так понимаю, удачи не пожелаешь?

— А, прости! Я желаю, конечно же, — Борзой достал Подпись.

— Спасибо. — Илья нахмурился. — Предлагаю, чтобы предельно уровнять шансы, начать спиной к спине у костра: он как раз в центре заговорённой пустоши. Разбежимся до границ по моей команде и сразимся.

— Хорошее предложение! — Борзой выдохнул, ибо не представлял, как первым ринется в атаку на Илью.

Они сошлись спинами напротив костра. Тим, становясь лицом в черноту полярной ночи, вдруг заметил, что даже их плечи с Ильёй оказались вровень. Выходит, они обладали одним ростом и телосложением.

— Три! Два! Один! Начали!

«Ему пришёлся впору мой серый скаф, — подумал Борзой, стремглав ринувшись прочь от Ильи, и слыша топот удаляющихся в противоположном направлении ног. — А ведь у меня есть и отражающий белый, который я не использую…»

Додумать ему не дала свистнувшая около уха стрела.

«Чёрт!»

Ясно стало, что Илья добежал до края быстрее.

«А он шустрый!» — Тим прыгнул за ближайший камень, даже не видя — слыша чирканье стрел о преграду. Рядом с ним в землю вошли болты. Тим поджал ботинки и навострил уши. Ничего, кроме потрескивания горящего дерева.

«Высунуться? Атаковать? — лихорадочно перебирал Борзой варианты. — Ага, я прыгну и он меня нафарширует!»

Идея пришла внезапно. Тим видел такое в фильмах. Он постарался как можно тише отстегнуть шлем и с размаха метнул его от себя. В ту сторону сразу же отправили с десяток стрел. Но противник отвлёкся, и Тим в два счёта оказался рядом с ним со своей косой. Взмах, свист, отскок мехового человека, блеск лука, жужжание стрелы, лязг металла о металл, потом ещё и ещё. Тим и не думал, что тренировки с Сашей сделают его настолько стремительным. Яхонтова в спортзале любила пошвырять в Борзого чем-нибудь, и порой бывала поистине безжалостна.

«Спасибо, родная», — работая косой, как мельницей, успел мысленно поблагодарить Сашу Тим. Он надвигался на Илью и, кажется, то ли уводил противника оттуда, где тот запрятал припасы, то ли не давал завладеть ими.

«Ага! Не так-то тебе и легко, приятель!»

Илья истратил оба барабана, отбросил их и с проворством белки скакнул вбок. Борзой устремился за врагом, свистя Подписью, но сумел за всю атаку срезать лишь кусок подола малицы. Илья домчал до края пустоши, оттолкнулся ногами от воздуха и, к изумлению Тима, побежал по боковой грани невидимого купола назад, к костру.

— Врёшь, не уйдёшь! — вошёл в раж Тим и, недолго думая, проделал то же. Грань посмертья держала его, как крепкий лёд.

Илья спрыгнул вниз, подхватил полный барабан, и воздух опять окрасился цепью серебрянных штрихов. Тим оказался открыт. Он что было прыти засвистел Подписью, не в силах хоть где приметить заслон. Одна из стрел пробила его скаф, но не задела кожи, другая ткнулась в нос турбодэша, третья застряла в механизме рукояти косы, сделав невозможным сложить её. Вдобавок резко подул ветрило, набросав Тиму в глаза пыли и каменной крошки.

«Не замирай на месте! Двигайся!» — пнул сам себя Борзой и, когда Илья разрядил очередной барабан, помчал на него с раскрытой Подписью.

Прыжок, взмах, уклонение. Взмах, уклонение, отскок назад, сполох ярости в мелькнувших совсем рядом чёрных глазах, ощущение преграды под косой, тёплый крап на лице Тима, снова отскок и ливень стрел.

«Задел! Ранил!» — Ликование, обернувшееся прямым ударом в грудь, подобным разряду от контактного провода. Тим не понял, как оказался распростёртым на земле. Поднял голову — из обвеса скафа под самой ярёмной впадиной торчал болт. Илья очутился вблизи с нацеленным луком в руках, но его скуластое лицо выражало не торжество, а растерянность и тревогу. Малица на груди Ильи темнела длинным рассечением, как успел понять Тим — поверхностным.

— Попал? — неожиданно робко и досадливо пробормотал Илья. — Я попал?

Тим ухватился за торчащий из его груди болт и не ощутил боли. Ощупал дыру и понял, что стрелу застопорил рубиновый скарабей.