ХX век: проработка прошлого. Практики переходного правосудия и политика памяти в бывших диктатурах. Германия, Россия, страны Центральной и Восточной Европы

Таблица 12. Какие мысли возникают у вас, когда вы слышите о КГБ?

(В процентах от числа опрошенных; респондент мог выбрать более одного ответа)

N = 1600.

Как известно, никакой ответственности никто из организаторов и исполнителей репрессий советского периода в постсоветской России не понес. По сути, единственным принятым законодательным актом, имеющим отношение к проблеме пре­одоления последствий репрессивной политики, стал закон «О реабилитации жертв политических репрессий», подписанный президентом Ельциным 18 октября 1991 года. Хотя статья 18 этого закона предписывала публиковать в прессе списки причастных к различным преступлениям, совершенным представителями власти в советский период, ничего подобного сделано не было[1067].

Когда вопрос об организаторах и исполнителях репрессий, схожий с задававшимся в 1991 году, был повторен уже на другом историческом этапе — в 2007, 2011 и 2017 годах, — освободить от ответственности причастных к террору было готово соответственно 58, 54 и 59% (совокупность ответов «оставить в покое за давностью лет», «простить» и «защитить от нападок»), а осудить — лишь 26, 35 и 21% соответственно (табл. 14).

Основной массив вопросов, касающихся массовых репрессий и оценки роли в них Сталина, задавался «Левада-центром» в 2007–2017 годах. В это десятилетие наблюдался значительный откат в готовности выносить ценностные суждения по вопросам ответственности и вины. Так, готовность признать Сталина государственным преступником в связи с его ключевой ролью в организации массового террора в 1920–1950‐е годы слабела с каждым замером. В августе 2009 года признать политику Сталина преступной были готовы 38%, в феврале 2010 — 32%, в марте 2015 — уже только 25%. Отказывались от такого «приговора» генералиссимусу 44% опрошенных в 2009 году, 50% — в 2010 и 57% — в 2015; пятая часть респондентов (18–25%) затруднились высказать мнение по этому поводу (табл. 15)[1068].

Таблица 13. Должны ли организаторы и исполнители репрессий 1920–1950‐х годов понести наказание?

(В процентах от числа опрошенных)

N = 2100.

Таблица 14. Как вы считаете, организаторов и исполнителей репрессий сейчас следует…

(В процентах от числа опрошенных)

N = 1600.

Таблица 15. Учитывая масштаб репрессий в сталинскую эпоху, насильственное переселение (высылку) нескольких народов, согласны ли вы, что руководителя страны И. Сталина следует считать государственным преступником?

(В процентах от числа опрошенных)

N = 1600, * — в формулировке «скорее не согласен».

За десять лет доля россиян, расценивающих сталинские репрессии как «преступление, которому нет оправдания», сократилась почти в два раза — с 72 до 39%, а число тех, кто готов оправдывать подобную политику соображениями «политической целесообразности», напротив, выросло с 9 до 25% (табл. 16).