Наш знакомый герой
- Автор: Драбкина Алла Вениаминовна
- Год: 1987
- Язык: русский
- Год: Лениздат
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Наш знакомый герой». Краткое содержание книги:
В повести «Год жареного петуха» речь идет о судьбах людей, которым «за тридцать». Писательница ратует за духовную высоту людских отношений, борется с проявлениями мещанской психологии.
— Так… — удовлетворенно сказала она. — Одна ворона уже тут… Геть отсюда…
Галя завертела своим тонким лисьим носиком, пытаясь изобразить высокомерное презрение, но с Тучей такие финты не проходят, Туча сделала стремительное движение к Гале, будто хочет ее прихлопнуть, как муху, и Гали враз не стало.
Туча осмотрелась, хмыкнула, взглянула на меня и расхохоталась. Мне тоже стало смешно, но вместо смеха получилось какое-то подхихикивание, неожиданно засмеялся и Петров. Туча воззрилась на него удивленно, потому что странный у него был смех, какие-то всхлипывания, икота какая-то, а не человеческий смех.
Он смутился от прямого взгляда Тучи, покраснел, подумал несколько минут и неожиданно выпалил:
— Вот и заведу! — и замолчал.
— Что ты заведешь, Юра? — по-учительски строго спросила Туча. — Говори яснее, если начал…
— Собаку заведу, — сказал Петров, подумал и развил мысль: — Заведу собаку. Кто сказал, что нельзя? Я же взрослый человек, кто мне может запретить…
Видно было, что в нем бушуют страсти, но больше он ничего не мог добавить.
— Да… — задумчиво протянула Туча, — где двое сумасшедших, там и третий.
— А чего, — огрызнулся Петров.
— Паша приехал, — коротко бросила Туча.
— Ты… видела его?
— А почему нет? Теперь я могу его видеть…
Да, если уж приезд Паши не образумил Тучу, то, значит, она действительно влипла.
— Ну, а что твой этот… как его? — я знала, «как его», но все еще не хотела признавать Герасимова и этой Тучиной любви.
— Дом расселяют, — мрачно сказала она.
— Ну и что?
— А то, что я больше не могу ходить в гости к Клюквиной… Я и так ходила туда, как на дежурство… А он… Знала бы ты, какой позор… какой позор… И все обстоит даже хуже, чем в тот день, когда был суд… Ну, и все такое… Я потеряла всякий стыд… Но с какой радости он должен мне ответить? Кто я такая?
— А он кто такой?
— Ну, он… Он… Он человек со своей жизнью, в которую я вломилась. Непростой человек, как все да свете. Вот мы с тобой думали, что Клюква простая, так ведь?
— Примитивная.
— Это на наш взгляд… А мой английский кузен, по-моему, влопался в нее… По крайней мере, заинтригован.
— Что-о-о?
— То-о-о! Он утверждает, что не встречал таких женщин… А где бы это он мог встречать их, таких? Ей плевать на его деньги и на его Англию, на фунты и «мерседесы». Она поставила себе целью выбиться в люди здесь, на своей улице… По-прежнему записывает умные слова и названия умных книг, чтоб их прочитать. И читает, понимая все шиворот-навыворот. Гордится тем, что не торгует в пивном ларьке, как ее мамаша. Гордится званием инженера, хотя какой уж она инженер… И ведь с детства не изменилась ну вот ни на столько… И она, по-твоему, простая? Обычная? Самые обычные — это наши с тобой альбиносы, да и то потому, что мы не хотим их знать. А если б дали себе труд, то ведь такое бы узнали… А может, ты себя считаешь простой?
— А что, сложная?
— Весьма… Что касается логики твоего поведения…
— Про нелогичность я знаю…
— Нет, не знаешь… Ты думаешь, я сейчас буду тебя упрекать и тыкать тебе свое «я же говорила», так? А я совсем о другой нелогичности. О высокой нелогичности твоей жизни.
— Ну вот, договорились — «высокая нелогичность»!
— Да! Высокая! Объясни мне, чем тебя не устраивала жизнь, которой большинство женщин могли бы только завидовать? Почему ты не могла успокоиться и все чего-то искала?
— Это ты о моих интрижках?
— И о твоих интрижках тоже. Потому что ты не могла согласиться жить без любви, вот как я… Да я по сравнению с тобой — трусиха и лентяйка. Я раскачалась, да поздно…
— Но результат один.
— Нет. Не один. Ты прелестная живая женщина в форме. А я… я могу только напугать человека, я навык утеряла, я училка… Да я… я с Пашей пошла на принцип — либо так, либо никак. А ведь все эти годы мы могли бы… да что говорить…
— Ну а что тебе мешает, если ты так теперь все понимаешь, что тебе мешает… с Пашей?
— Что мешает? Отсутствие любви, вот что. Я смотрю на Пашу, а перед глазами этот… совсем чужой, непонятный, черт знает… марсианин какой-то.
— Потому что ты не способна на интрижки.
— Да людям-то плевать, на что я способна. Такие, как я, ничего, кроме страха, у мужчин не вызывают. И плевать им на наши высокие достоинства. Нынче ни у кого нет времени разбираться в таких персонах, как я… Схватил бабу, поимел, не подошла — к черту ее.
Мне надоели все эти ее откровения, не хотела я видеть Тучу такой. Зло брало. Жалкая отступница, дура набитая.