Мужество любви [Автобиографический роман]
- Автор: Дьяков Борис Александрович
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Современник
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Мужество любви [Автобиографический роман]». Краткое содержание книги:
Скорбные звуки духового оркестра.
Позади нас — вкрадчивый женский голос:
— По сторонам глазеете, а старого друга не видите!
Зоя Ивановна Матусевич?!
— Здравствуйте, ребята!.. Вы — на Новодевичье?.. Нет? Тогда давайте низко поклонимся праху Владимира Ивановича и зайдем ко мне. У вас есть время?.. Очень хорошо!.. Я поселилась в Политехническом музее, там же и «Учительская газета». Живу с дочкой!
Наш друг, наша сталинградская Зоя, с ее беспокойным характером, с постоянным желанием все знать, во все вникать!
Поднялись на второй этаж Политехнического.
Посреди более чем скромно обставленной комнаты — печка-буржуйка с трубой, выведенной в окно.
— Всю зиму нас спасала! — Зоя Ивановна указала на чугунку. — Топили старыми архивами, обложками папок… Хотите, угощу лепешками из отрубей? Поджарила на льняном масле. Чудо-блюдо!
— Спасибо, Зоенька. У нас талоны в столовую ЦК, — сказал я.
— Тогда я — пас!
Поведали Зое Ивановне о своей жизни на Урале, о встрече с Аней Рожавиной, о приезде в столицу по предложению Ярославского, о предстоящей читке пьесы в клубе писателей.
— Надеюсь, пригласите?
— О чем речь, Зоя Ивановна! — важно произнес Пенкин. — Ваше мнение весьма ценно.
В комнату вошла девочка со стопкой книг под мышкой.
— Зайка из школы!.. Дочка, ты видишь, кто у нас?
— Конечно!
Зайка знала нас по Сталинграду. Улыбнулась шальными глазами. Бросила учебники на подоконник и тут же выпалила:
— Мама! Хочу на «Сильву». Можно?
— Ох! — вздохнула Зоя Ивановна. — Так и тянет в оперетку, как голодную кошку к рыбе!
— Ну, мама…
— Только не распускай нюни. Иди, бог с тобой!
Зайка благодарно взглянула на мать.
— Есть хочу!
— Сначала вымой руки и поздоровайся с дядями.
— Простите…
Она выскочила в коридор. Вскоре вернулась, поздоровалась с нами, достала закутанную в плед миску и уселась за стол. В каждом ее движении уже проступала самостоятельность.
А мы, разговаривая, унеслись мыслями на Волгу.
Сталинград, Сталинград!.. Пока ты в руинах — ты открытая рана в душе и в то же время, как прекрасно назвал тебя сын датского каменотеса, писатель-коммунист Мартин Андерсен-Нексе, НЕУГАСИМАЯ ЗВЕЗДА НАД МИРОМ! Никогда не забыть твоих зеленых улиц, широких площадей, ветвистых скверов, твоих заводов-гигантов, а главное — твоих людей, рабочих и специалистов Тракторного — богатырей духа, с которыми связала меня журналистская работа, ведь это же целая плеяда героев первых пятилеток!.. А может ли потухнуть в памяти талантливый коллектив драматического театра, в дружбе с которым я родился как драматург? Никогда, ни за что не забыть и тебя, Волга-матушка, утренние зори, золотившие твои воды, твою розовато-сиреневую улыбку в часы вечерних закатов! Ты — родина великого Ленина, целого созвездия имен выдающихся деятелей русской литературы и искусства, ты — зеркало исторических событий, двигавших нашу страну вперед к новой жизни. Ты и теперь несешь в своих волнах победу над злейшими врагами человечества!..
— Вы, наверное, знаете, — говорила Зоя Ивановна, — что в Сталинграде возникло широкое патриотическое движение по восстановлению города. Зачин положила работница детского садика Черкасова. Я о ней писала в «Учительскую газету». Изумительно энергичная женщина!
— Ее бригада, кажется, первым долгом взялась за Дом Советов? — спросил Пенкин.
— Да, да, начали с площади Павших борцов. Тысячи сталинградцев разбирают руины… Я, ребята, тоже всматриваюсь и в минувшее, и в даль годов. Мне видится оживший красавец — город на Волге — в цветах, в зеленом кольце, которое мы с вами частенько воспевали в «Сталинградской правде»…
Вдруг Зайка продекламировала:
— Запомнила, дочка? — Зоя улыбнулась. — Угадайте, чьи стихи?.. Степана Олейника!
— Так он же вместе с нами был и в Сталинграде, и в Паласовке! — сказал я. — Прекрасный журналист, поэт и сатирик!
— Я прочел в «Правде», что израненный Ленинград прислал сталинградцам два эшелона подарков! — восторгался Пенкин.
— А ивановские текстильщицы — сорок тысяч костюмов!.. Новосибирцы — больше тысячи тонн угля! — дополнила Зоя.
Поглощенные воспоминаниями и мечтами, мы не заметили, как пролетело время.
Простившись с Зоей и Зайкой, отправились в столовую ЦК партии.
Наспех пообедали. При выходе столкнулись с Филипповым.