От Голливуда до Белого дома [In My Own Fashion. An Autobiography]

Дом семьи Кеннеди находился в столь же престижной части Палм-Бич, но внутри выглядел не так блистательно, как дом Райтсменов. Это было уютное семейное гнездо, обставленное прочной мебелью, которая могла пережить разрушительные набеги кучи детей. Помню, как однажды на закате в те дни, когда я сопровождал Джеки на вечеринки, мы сидели на террасе с Джо Кеннеди.

«Послушай, Олег, — сказал он мне. — Не удивлюсь, если у тебя в голове возникли какие-то планы относительно Джеки. В других обстоятельствах у меня самого они могли бы возникнуть. Но суть проблемы проста: правда против домыслов. Что бы ни происходило, слухов быть не должно. А если слухи ползут, когда на самом деле ничего нет, это уж совсем глупо. Ты меня понимаешь?»

В любом случае между Джеки и мной ничего не было. Я находил ее обворожительной, и когда начал думать о создании ее гардероба, то понял, что ее образ станет для меня мощнейшим творческим стимулом. Она обладала таким изысканным вкусом и рафинированным чувством стиля, что я должен был превзойти самого себя — не больше и не меньше. Передо мной стояла сложная задача, но с предвкушением работы росло и мое чувство уверенности в себе. Собирая воедино все, что я знал о ее стиле и модных предпочтениях, я стал делать первые наброски будущего гардероба на пути из Нассау в Нью-Йорк в начале декабря 1960 года. Я вспоминал о проведенном вместе времени в Палм-Бич и воссоздавал в памяти ее образ.

Во многом он ассоциировался у меня с Египтом. Тут сыграли роль и ее загадочная, как у сфинкса, натура, и широко поставленные глаза. Думая о Джеки, я воображал фигуру, похожую на древний иероглиф: голова в профиль, широкие плечи, тонкий торс, узкие бедра, длинная шея и прямая осанка. Никогда нельзя недооценивать важность разворота плеч; он, вместе с длинной талией, помогает одежде хорошо сидеть на фигуре. У Джеки все это было. Дальше дело пошло проще. Я представил ее древней египетской принцессой, одетой в архитектурную по форме одежду лаконичного кроя, силуэтом напоминающую букву А. Я так и назвал этот силуэт: «А-линия». Это будет чистой воды минимализм: одежда простого кроя, исполненная из самых роскошных тканей. Мой дизайн должен подойти не только женщине с определенным, сформировавшимся вкусом, но и публичной фигуре, чья жизнь будет определяться рамками жесткого протокола.