(Само)обман (СИ)

— Господин Син-Син, не хватает вам жесткости, — качает головой старшая Мин. Она подходит к лавке, на краю которой лежат несколько подувядших на солнце яблок, и берет одно из них. — Тут нужно не уговаривать, а схватить и… — Яблоко, вспыхнув багровым светом, лопается в ее пальцах. — Кхм, неудачный пример.

Сяо Синчэня передергивает от этого зрелища.

— Я не хочу на него давить. Его нужно обхитрить. А этого не умею, — признается он. Интриги — не его конек, а благодетельное красноречие здесь бессильно и уже давно исчерпано.

— Хм… У меня есть кое-какие мысли на этот счет, но ничего гарантировать не можем, — задумчиво тянет Мин Шу. — Вот был бы здесь господин Цзинь!

Даже не хочется уточнять в каком виде — живом или мертвом — он тут должен быть и как бы это помогло.

— Я буду благодарен за любую помощь.

— После обеда учитель хотел заглянуть в записи А-Шу и показать что-то свое. Тогда и можно будет его… подтолкнуть. Что думаешь? — обращается Мин Лицинь к сестре, вытирая о подол руку, испачканную соком. Судя по всему, погружение в очередные теории о Темном Пути ее совсем не вдохновляет, а вот перспектива коварного замысла — очень даже.

— Да, вполне. Только вам тоже нужно будет кое-что сделать, — обращается Мин Шу к Сяо Синчэню.

Он внимательно слушает кивая, хотя сложно скрыть свое недоверие. Они думают, что подобное возымеет какой-то эффект? Что ж, ладно… В конце концов, они Сюэ Яна только что по кусочкам не разделали и очень хорошо его изучили за год, проведенный в Ланьлин Цзинь, куда ему с его многолетним опытом! Ох, ну почему эти дурные мысли снова лезут в голову? Надо подумать о чем-то другом.

— Вы уж постарайтесь, чтобы все было в лучшем виде! Что-нибудь еще? — заботливо спрашивают сестры напоследок.

Сяо Синчэнь в сомнении закусывает губу и, сделав глубокий вдох для смелости, осторожно говорит:

— Знаете, я бы послушал еще что-нибудь про вас и вашего спутника на пути самосовершенствования… У вас просто дар рассказчиц!

Это хороший способ отвлечься от невеселых мыслей, ничего такого. Никаких скабрезных причин и в помине нет, честно-честно! Почему бы не порадоваться за любимых учениц не менее любимого спутника на пути самосовершенствования? Им ведь точно хочется, чтобы хоть кто-нибудь отнесся к их счастью без пренебрежения, и Сяо Синчэнь с превеликим удовольствием это сделает.

— Господин Син-Син, мы бы с радостью, но увы, никаких сказок про даосов для даосов. Лучше помедитируйте.

— Если не возражаете, я это себе заберу ненадолго, хочу переписать кое-что… И для вас из своего набросаю. — Мин Шу шуршит разложенными на земле листами бумаги, сверху донизу исписанными кривоватыми столбиками иероглифов вперемешку с рисунками печатей. — Уверены, что не хотите себе печать Вызова?

— Ни в коем случае! — мотает головой Сюэ Ян, потирая руку, будто там уже жжет клеймом недавно предложенная от всех щедрот разработка младшей Мин. — Еще чего не хватало — чтобы вы меня дергали по любому поводу!

Ученица неодобрительно поджимает губы, но обиженной не выглядит. Сестра выхватывает у нее одну из страниц и, не скрывая своего пренебрежения (все это время на ее лице было выражение бескрайней скуки), цедит:

— Учитель Ян-Ян, у вас руки трясутся, что ли? Ничего не разобрать — будто старикашка какой-то писал!

— Чего?

Даже как-то достойный ответ не находится! Совсем обнаглела девка. Сюэ Ян предпочитает сохранить на лице выражение, преисполненное чувства собственного достоинства, и со стоном разгибается, чтобы встать на ноги. Битый час ползать с откляченной задницей по земле ему не понравилось. Ого, а этот камень, который облюбовал даочжан, и правда удобный! Еще бы подушку сюда…

Взгляд сам собой смещается в сторону на мелькающее на почтительном расстоянии белое пятно. В беседах о Темном Пути Сяо Синчэнь участвовать не пожелал, сообщив, что и так превысил свой жизненный максимум по этой части, а теперь несказанно рад, что у Сюэ Яна снова есть компания по интересам. И за сим удаляется по своим делам: не медитировать, но тренироваться с мечом, а то, дескать, совсем скоро забудет, как это делается. Ну да, забудет — прыгает и вертится так, что хоть в театре показывай. Он просто сестричек боится: похабные истории у них, может, и познавательные, а в остальном они довольно жуткие.

— Удобная вещь, эти даосы… — тянет Мин Лицинь, перехватывая взгляд учителя.

— «Вещь»? — вскидывает брови Сюэ Ян. Да что сегодня со старшей Мин такое, выдает одно за другим! — И я бы сказал — очень неудобная.

Хочешь разок отомстить, а в результате остаешься без глаза, без меча, без жизни, только куча чужих детей и спина больная в нагрузку… И ради чего? А вот чтобы даочжану спокойно было, вот уж кому здесь удобно!

— Просто вы не умеете использовать все блага, — с укором произносит Мин Шу, ровняя и без того аккуратную стопку листов.

— А у вас какие блага, хотел бы я знать? Кроме того, чтоб между ног не зудело? — ядовито усмехается Сюэ Ян. Если они сейчас заведут про свою великую любовь к едва знакомому мужику, то враз сдернет их с небес на землю. Он даже хочет услышать что-то подобное, и ожидания оправдываются.