(Само)обман (СИ)

— И про что же? — Сяо Синчэнь поворачивается на бок, отодвигаясь к краю, и подпирает голову кулаком, показывая, что весь внимание. Но его голос уже звучит подозрительно ровно, будто он заранее знает, о чем речь пойдет.

— Про все это дерьмо с моим Ядром. Я до сих пор надеялся, что оно распечатается само собой, если его не трогать, но, кажется, оно так не думает… — нехотя отвечает Сюэ Ян. И считает это невероятным подвигом — он не любит признавать свои ошибки. Особенно настолько затянувшиеся.

— Что заставило тебя изменить свое мнение?

— Даочжан, что ты хочешь от меня услышать? — нервно усмехается Сюэ Ян. Действительно, что?

— Правду?

Ну кто бы сомневался.

— Я осознал, что такими темпами через пару десятков лет даже твоей жалости не хватит, чтобы меня терпеть. А может, даже раньше.

Сяо Синчэнь долго молчит, а затем настороженно интересуется:

— Ты решил, что я тебя брошу, потому что ты постареешь? Как ты мог подумать, что я на такое способен?

— Ну не любоваться же тебе на меня! И… Погоди, так ты тоже это заметил?! — возмущается Сюэ Ян. Ему становится очень неуютно и не только от того, что, прежде чем затевать подобные беседы, нужно для начала встать и вытереться, а никто этим не озаботился. Теперь лежать липким и грязным, да еще и выслушивать подобное.

— Это сложно не заметить. И придержи свои шутки про глаза.

С каких пор даочжан стал таким невозможным? И как про это можно пошутить-то? Ах, точно, без глаз, может, и не заметил бы, а так… Сюэ Ян раздраженно пихает его в плечо.

— Так почему я об этом узнаю последним?

— Я пытался тебе донести эту мысль последние пять лет, но ты меня не слушал.

— А я думал, ты просто нудишь по-даосски.

Теперь Сюэ Ян получает тычок в бок. Но почти ласковый.

— Что ж, я рад, что хоть кто-то смог тебя вразумить, — вздыхает Сяо Синчэнь после недолгого молчания.

— Да уж, девки меня изрядно напугали своими речами… Так, это ты их подослал, — догадывается Сюэ Ян. Как же легко даочжан прокалывается — сам же только что и признался, что плел интриги за спиной своего спутника. Весьма успешно, но… Да на него даже злиться за это сложно, хотя он снова влез не в свое дело без всякого изящества. Или это все-таки его дело тоже?

— Прости меня, я не мог справиться с этим в одиночку.

— Ты бы знал, сколько они мне гадостей наговорили, пока ты там вытанцовывал…

Сяо Синчэнь как-то подозрительно снова вздыхает. В комнате темно, но если придвинуться вплотную, вполне можно разглядеть его лицо и заглянуть в бесстыжий глаз.

— Потрясающе — и здесь сплошной обман, — заключает Сюэ Ян, отстраняясь. Что ж, заставить даочжана изображать на диво красивый фон, вгоняющий в отчаяние, — очень по-цзиньски. И как легко вышло на это купиться! Может, потому что хотелось? — Ученичка моего сопливого, надеюсь, вы в это не втягивали?…

— Ань Цян тоже тебе что-то сказал? — удивляется Сяо Синчэнь.

— Разве только то, что его вопросы увядания Врушкиных сисек никоим образом не беспокоят, и он готов вянуть вместе с ними, — кривится Сюэ Ян.

Даочжан подавленно молчит. Неужто в первый раз задумался, что бродяжка, которую он пригрел — тоже не вечная? Он глубоко вздыхает и решает вернуться к прежней теме:

— Что бы с тобой ни случилось, я не собираюсь тебя покидать, но…

— Но ты все равно предпочитаешь коротать свой век не в компании морщинистой задницы, я уже понял, — заканчивает за него Сюэ Ян. — Я, знаешь, тоже не сильно горю желанием так бездарно сдохнуть.

— Ты ничего не понял из того, что я сказал, — стонет Сяо Синчэнь.

Нет, Сюэ Яну как раз все ясно, только в очередной раз измерять уровень самопожертвования своего спутника ему не хочется — до добра такое не доводит.

— Ладно, ты добился своего, — сдается он, — я найду способ распечатать свое Золотое Ядро.

— Я счастлив это слышать, — искренне говорит Сяо Синчэнь, но вдруг напряженно переспрашивает: — Ты найдешь? Что это значит?

— То и значит, — с деланной беззаботностью отзывается Сюэ Ян. — С утра отправлюсь на поиски сакрального ответа про спасение своей задницы, как ты и хотел. Будем надеяться, что это не затянется еще на пять лет, а то и впрямь седеть начну к тому времени… И зачем тогда стараться?

— А какая в этом роль отведена мне?

— Никакая, даочжан. Ты полностью сможешь проявить себя, когда я вернусь, — великодушно обещает Сюэ Ян.

— Ты мне сообщаешь, что решил уйти на поиски неизвестно чего неизвестно на какой срок, а мне полагается тебя дожидаться? Все верно? — почти деловым тоном уточняет Сяо Синчэнь.

— Даочжан, я рад, что мы друг друга поняли, — Сюэ Ян тянется, чтобы погладить его по щеке, и раздраженно шипит, когда на его запястье сжимаются стальной хваткой пальцы.

Не поняли. Какая жалость.

— А-Ян, я знаю, что ты не слишком высокого мнения обо мне, но чтобы настолько? — с горечью спрашивает Сяо Синчэнь. — Ты думаешь, что можно повторять со мной один и тот же фокус несколько раз? Мы в это уже играли.

— И ты выиграл в этой игре целый глаз! — возражает Сюэ Ян, даже не предпринимая попыток вырвать руку — бесполезно.

— Так это был приз, а не план мести? Извини, я уже давно запутался в твоих истинных намерениях. А почему ты не вздумал сбежать без предупреждения — это ты уже тоже как-то раз провернул? Только мне не очень ясно, кто же тогда вышел победителем. Точно не господин Цзинь.