Французский абсолютизм в первой трети XVII века

Монсонский договор нанес также большой ущерб воевавшей с Испанией Голландии. Ришелье должен был уладить и эти противоречия.

Приведенные факты достаточно убедительно показывают, что договор с Испанией следует назвать сепаратным договором, заключенным не только без ведома и согласия союзников, но и вопреки их интересам. Поэтому переговоры и велись в полной от них тайне. Когда же они были обнародованы, «вину» за них возложили на «самовольного» посла.[568]

Какой бы ценой ни был достигнут этот успех — а он бесспорен, — Ришелье имел основания быть удовлетворенным результатом своих усилий[569] и приступил к другим неотложным делам. Поэтому в целом Монсонский договор был для Франции полезен и выгоден.

Неотложные дела, стоявшие перед французским правительством в начале 1626 г., заключались в необходимости сбалансировать государственный бюджет и изыскать средства на войну с Ларошелью, т. е. на окончательную ликвидацию гугенотского «государства в государстве».

Это и было причиной пристального внимания Ришелье ко всем вопросам торговли, мореплавания и флота, проявленного им в эту пору. Он поставил перед собой задачу организации крупных торговых компаний, покровительства торговле, создания торгового и военного флота, что в свою очередь повлекло за собой ряд мероприятий и реформ, а также созыв в конце 1626 г. ассамблеи нотаблей, т. е. представителей привилегированных сословий.

В процессе подготовки своих действий Ришелье широко использовал консультации с купцами, арматорами, моряками, морскими офицерами, финансовыми чиновниками, французскими послами и т. д. Он велел составить донесения, вызывал к себе отдельных лиц, запрашивал местные учреждения, разослал специальных комиссаров для проверки на местах состояния судостроения и портов, береговой охраны. Все мемуары и донесения он тщательно изучал, делал на них пометки, добавления, поправки и затем использовал в своих адресованных королю докладных записках, в речах и на заседаниях Совета, в своих «Мемуарах» и в «Политическом Завещании». В 1626 г. он создал 8 должностей «генеральных инспекторов по делам флота», назначив на них своих доверенных лиц. Они действовали в приморских провинциях; по своему характеру их функции были схожи с функциями интендантов. Они много занимались экономическими вопросами и принесли значительную пользу.[570]

Учреждение торговых компаний и создание флота проходили одновременно и параллельно. Необходимо подчеркнуть, что в ту пору разница между военным и торговым флотом была незначительной. Для защиты от нападений пиратов все торговые суда имели пушки и запас боеприпасов, а экипаж был вооружен и обучен военному делу,[571] военные же корабли могли быть легко превращены в торговые. Фактически различие пролегало скорее между королевским (т. е. государственным) и частным флотом, но и оно нередко исчезало, так как торговые частные суда использовались для военных целей, а королевские продавались арматорам и купцам. Поэтому, создавая королевский флот, правительство имело целью использование его не только для войны; к этому еще следует добавить, что задача эффективной охраны побережья и торговых судов в открытом море могла быть осуществлена лишь при наличии военного флота.