Четыре войны морского офицера. От Русско-японской до Чакской войны
- Автор: Туманов Язон Константинович, Соломонов Борис Владимирович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8386-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Четыре войны морского офицера. От Русско-японской до Чакской войны». Краткое содержание книги:
Книга представляет интерес не только для любителей военно-морской истории, но и для всех читателей, интересующихся историей нашей страны, не равнодушных к судьбам соотечественников, вынужденных покинуть Родину.
В назначенный день против острова Халки стал на якорь огромнейший «La Navarre». Я простился с моими спутниками и сослуживцами и направился к порту.
Условия нашего плавания на «La Navarre» существенно отличались от таковых на «Caucase». Там были беженцы, бегущие без оглядки неизвестно куда и неизвестно на что; здесь – мы были пассажирами, и даже офицерами; там – нас запихивали в трюм, здесь нам были отведены каюты; там – на нарах, в трюмах, вперемешку с подозрительными фигурами, говорящими на анекдотическом русском языке о купле и продаже, располагались русские старики-генералы и тайные советники, становившиеся в очередь с миской или банкой от консервов для получения похлебки из бобов и корн-бифа; здесь, когда в числе пассажиров прибыл возвращающийся из командировки в Париж контр-адмирал Б.[135], его встретил капитан парохода и, отведя ему одну из лучших кают, величал его «mon amiral».
Кроме адмирала Б., с которым неожиданно свела меня судьба, на пароходе «La Navarre» я встретил несколько знакомых мне лиц. Весь путь до самого Новороссийска, я, полковник А. и еще два или три пассажира развлекались игрой в бридж.
В одно сверкающее весеннее утро пароход «La Navarre» вошел в Новороссийский порт…
Как русский морской офицер помогал Парагваю воевать с Боливией
10 декабря 1928 г.
За несколько минут до 6 ч., когда я собирался уже уходить домой, А.[136] объявил мне, что хочет послать меня в Bahía Negra[137] в роли советника при Honorio Benítez, который будет командовать на севере речными силами. Просил руководить им, в виду его неопытности. Я согласился при условии полной свободы действий. А. просил меня набросать схему наших отношений и моих обязанностей. Наскоро набросал схему, кажется, не упустив ничего важного, и оградил себя от сюрпризов в достаточной степени. Когда я подал А. эту схему, он никак не мог понять § 3. Секрет вскоре выяснился: дело в том, что командующий речными силами никаких директив от сухопутного начальства получать не может, т. к. совершенно независим в своих действиях и командующему армией не подчинен. Я заявил ему, что такое двоевластие недопустимо и опытом нашей гражданской войны на реках окончательно забраковано. На это он мне заявил, что здесь этого делать нельзя, т. к. сухопутные начальники настолько серы и ни уха ни рыла не смыслят во флоте, что если подчинить им последний, они его погубят в первые же дни войны. Вопрос оставили открытым. В таком случае, он, пожалуй, прав и настаивать на подчинении флота сухопутному командованию мне нет никакого смысла.
Просил приехать после ужина, чтобы обсудить детали. Приехал, но А. остался верен себе. Застал его, после сытного, по-видимому, ужина, развалившегося в кресле и дремлющим. Сказав, что вопрос обсудим завтра, предложил доставить меня домой в автомобиле, но я отказался и вернулся в трамвае.
11 декабря.
Порядки – типично парагвайские. С утра – хлопоты об обмундировании. Я заявил А., что считаю неудобным ехать в зону военных действий в пиджаке и соломенной шляпе. Просил дать срочное распоряжение интендантству сшить военную форму. Написал бумагу. Поехал в интендантство. Милы и любезны, но… в интендантстве нет ни одного метра материи хаки. Предложили сшить из солдатского, сине-серого сукна. Отказался. Нет краг. Сшить в короткий срок не могут, ибо сапожники завалены работой по шитью амуниции. Поехал к Соломону Фишеру справиться о цене материи. Фишер сразу же задал мне вопрос – будет ли война? На это я ему ответил: «Что вы меня спрашиваете? Ведь вы же это всегда лучше знаете, чем военные министры! Поэтому, вы мне скажите, будет ли война или нет? Что говорят “ваши”?» – Он на минуту задумался и затем тихо ответил: «Наши говорят, что будет…»
Узнав цены, вернулся в департамент, чтобы взять аванс, купить материи и отвезти шить костюм в интендантство. А. сказал, что денег у него нет, но что он сам поедет к главному интенданту и попросит его купить материи и сшить мне костюм. Я ему снова сказал, что в штатском платье я не поеду, и спросил его, когда он думает повидать Valdez’a, на что получил ответ, что, «может быть», сегодня после обеда. После этого перешли на другие темы. Прокорректировав составленную мною вчера схему, он сделал одну поправку, вычеркнув фразу, что в случае крупного расхождения мнения с командующим я имею право не принимать участия в операции. Я не протестовал, т. к. мне самому эта фраза не нравилась, – что-то отдавало трусостью. Затем много говорили на тему о допустимости подчинения флота сухопутному командованию. Он всячески старался убедить меня не только не настаивать на этом, но даже и не поднимать такого вопроса. Я настаивать на своем не стал; с эгоистической точки зрения, такое положение вещей мне много приятнее. С точки же зрения рациональности, – когда заговорят пушки, все будет так, как быть должно, и придет само собой. Узнал, что «Adolfo Requelme»[138] уже на севере и что я поеду на пассажирском пароходе. Оно даже приятнее. Много больше комфорта. Боюсь только, что он уговорит меня ехать в пиджаке, обещав выслать обмундирование следом.
135
Бубнов Александр Дмитриевич (1883–1963), контр-адмирал. – Сост.
136
Капитан Aponte, Director del Departamento de Marina, так в то время называлась должность начальника флота. Подчинялся непосредственно военному министру. Мое прямое начальство. – Авт.
137
Все имена собственные приведены в авторском написании, сохранено большинство особенностей авторского текста. – Сост.
138
Канонерская лодка. Лучшее судно, в то время, парагвайского флота. – Авт.