Моментальные записки сентиментального солдатика, или Роман о праведном юноше
- Автор: Юхананов Борис Юрьевич
- Год: 2015
- Язык: русский
- Год: Бертельсманн Медиа Москау
- ISBN: 978-5-88353-661-7
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Моментальные записки сентиментального солдатика, или Роман о праведном юноше». Краткое содержание книги:
Для того чтобы понять, надо научиться не придумывать, не дописывать, не подгонять — фиксировать.
Мир с двойным дном, как чемодан. И каждый сложен, сложен, и разные все — непохожие… Не торопиться, не торопиться. Прекратить читать и записывать. Жить, как они, каждую секунду и через это понять. Где разгадка для загадки?
Второе дно обнаружить должен Дракончик — его самый главный окончательный монолог. Обо всем!
Этим и закончить все вообще!
Посмотрим…
Выписываю из Герцена: «Остановитесь, одумайтесь! Знаете ли, куда вы идете? Посмотрите — душа убывает. …не только несколькими печальными упреками не уймешь убывающую душу, но, может, никакой плотиной в мире… И это не все: кто сказал, что животные политические или общественные, живущие не только стадом, но и с некоторой организацией, как муравьи и пчелы, что они так сразу учредили свои муравейники или ульи? Я вовсе этого не думаю. Миллионы поколений легли и погибли прежде, чем они успокоились и упрочили свои китайские муравейники. Покойное поглощение в стаде, в улье — одно из первых условий сохранения достигнутого».
Я и Семембаев. Утро 13.04.81.
Перетаскиваем стенд.
Ширванидзе, я и Стамбеков.
Упал кусочек с буквочками.
Семембаев орет на Ширванидзе.
Я: «Подожди, он же не знал, что там буквочки».
Семембаев: «Ты, бля, еще не мешайся».
Я: «Что ты на него орешь, это я же приказал, понимаешь, я приказал им мне помогать?! Ты вошь! Понимаешь, вошь! Элементарная вошь! Мразь!», — и отсекаю на мизинце размер. — «Вот ты, понимаешь, кто! Но я драться с тобой не буду. Не-е-ет».
Семембаев: «Почему?»
Я: «Чтобы не испачкаться!»
Семембаев: «Ну эти слова я тебе запомню. Это я не забуду, не забуду… (И потом уже в пространство.) Ух! Ты когда-нибудь таких пиздюлей огребешь, такие зубы на тебя точат!»
— Это кто же? (Здесь слабость я проявил.)
— Есть люди… Что я тебе их закладывать, что ли, буду!.. Убьет он меня! Я тебе убью, я драться тоже умею!
Ох-х! Мразь Семембаев. Ох-х-х! мразь! Гнойная, скользкая тварь…
Этот тон надсмотрщика, эти интонации. И зависть, и ущемленность, и холодный расчет — по силе. Методы его воздействия на общественное мнение в разговорах. Все дозволено — от прямого доноса до провокации.
Или это во мне раздражение сейчас?!
Дверь в умывальню. Он!
Вдруг мне:
— Спички есть?
Крючочек на примирение.
Сжал губы, отвернулся. Чуть было не поддался.
И тотчас все ушло, словно люк открыли — сдунуло. Нет ненависти и не гадко, и не тяжко, и не мрачно. Безразличие? Нет. Что?..
Юрок:
— Как гуси плывут.
Взвод на плацу — трактор с двенадцатикорпусным плугом.
А ноги — стойки плуга.
Руки — отвал.
А Жарун (капитан) — трактор.
Юрок «грабит» жухлую траву:
— Представь, вот здесь зеленая травка будет цвести, вон как там. (Островок уже зеленый.) А у нас в деревне лес как начинает цвести… У! Девку под руку и пошел…
На плацу муштруют учебку… Сегодня у них экзамен.
Юрок:
— Как этого лейтенанта зовут?
— Мартынов.
— Ха-ха, он у вас был?
— Ого, это ж мой главный враг был.
— Ха-ха! Противный, Мартышка эта! Хи-хи! Очень даже, да? Он откуда родом?
На плацу:
— Здравствуйте, товарищи!
— Здравия желаем, товарищ лейтенант!
— … еще можно, знаешь, Никит, с чем сравнить — с караваном журавлей летящих, крыльями машут… Ох-х, сегодня хороший день будет, я чувствую, солнце, смотри, какое, с чем его можно сравнить?
— С чем? С куском масла, которое дают солдату на завтрак. А кстати, точно, посмотри, кусок масла, только сияет…
Утреннее небо, как утренний солдатский завтрак с куском сияющего масла.
— Щас готовятся на проводы. Щас гулянка такая в деревне!..
— Вот если бы мне приказали: «Ильин! Отправляйся спать, спать, спать! Потом проснешься и ешь масло, масло, масло!» А я отказываюсь, не могу, говорю: товарищ генерал, работать хочу, служить. «Тогда, Ильин, раз ты бунтовать, я тебя уволю!»
— Ха-ха-ха-ха-ха!
— Иди на хуй со своим рестораном! Я, бля, лучше в кусты зайду, выпью… Завалишься на солнышке!
Письмо от Степана Радимова.
Ахметханов вспоминал сейчас Вешкина, фамилию забыл: «Ну тот — четвероглазый…»
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ,
в которой Никита видит неприятный сон, получает тревожные письма от Насти, откуда он узнает малейшие детали взросления Сонечки, и в которых появляется кто-то другой, отчего мучается Ильин сомнениями и страхами