Уплотнение границ. К истокам советской политики. 1920–1940-е

Молотов в своей речи 31 октября 1939 года отказывал Польше, «уродливому детищу Версальского договора», в праве на существование[828]. 27 сентября Майский заявил сэру Лоуренсу Коллеру, британскому послу в Норвегии, что СССР удовлетворится в Польше возвращением того, что было потеряно в войне 1920 года[829].

Массовые убийства польских военнопленных в Катыни, Твери, Харькове и тюрьмах Восточной Польши, а также депортация населения с оккупированных территорий в феврале – марте 1940 года показали размах подготовленной советским руководством мести за унижение армии и революции в 1920–1921 годах, при непосредственном участии Сталина.

Вначале постановление Политбюро от 2 декабря 1939 года предусматривало высылку «осадников»[830]. Речь шла о ветеранах советско-польской войны, 85 % среди которых составляли этнические поляки; за проявленную храбрость они получили земли в приграничных областях Восточной Польши, населенных преимущественно украинцами и белорусами. Эти вооруженные солдаты-земледельцы, создавшие в 1922 году собственное объединение в масштабах Восточной Польши, представляли, с точки зрения Берии и Сталина, одновременно и самую серьезную базу контрреволюции, и авангард Польши Пилсудского. 23 декабря по предложению секретаря компартии Белоруссии Пономаренко было решено выслать вместе с осадниками и лесничих. Речь шла о стратегически важной в случае войны профессии, допускать к которой следовало только лояльных граждан. В результате первый контингент, подвергшийся депортации в феврале 1940 года, состоял из 9 тысяч семей своего рода польских казаков, вынужденных бросить все свое имущество[831]. Во время депортации, проходившей в лютый мороз, нередки были случаи сопротивления, которые подавлялись с помощью советских пограничников[832]. Контингент выселяемых значительно увеличился за счет других категорий польских жителей приграничных областей: по советским данным, депортации подверглась 21 тысяча семей, по польским – 139 794 человека[833].