Все успешные CEO делают это. Как брать от жизни все и добиваться феноменальных результатов в карьере

Я просыпалась от малейшего шума. Я как будто несла вахту, охраняя всю нашу семью. Муж спал так крепко, что я знала, он не услышит, если девочки заплачут, поэтому методично внушала себе, что должна быть наготове. Старшая особенно часто просыпалась посреди ночи, и тогда я выбиралась из кровати и медленно, хромая от боли, отправлялась в ее комнату, чтобы дать теплого молока или почесать спинку.

И вот я снова в постели. Осторожно укладываю простыню под шеей и нагромождаю подушки. Я уже еле сдерживаю слезы злости из-за непрерывной боли, из-за того, что слышу каждый звук, из-за беспокойства о своем ребенке и, вследствие бесспорного контраста, из-за растущего раздражения на мирно спящего подле меня человека. Ночь за ночью он лежал рядом, слегка похрапывая, в состоянии проспать целых 7–8 часов без единого пробуждения. Его тело медленно возрождалось, готовясь к новому дню с его делами и заботами. Я же проводила бесконечные часы без сна, испытывая одновременно удивление и досаду.

Мое страдающее тело так сильно хотело спать, что я часто клевала носом, пока муж вез нас в контактный зоопарк или парк. На выходных, уложив детей на дневной сон, я и сама ковыляла в нашу спальню, надеясь отдохнуть пару часов. Однажды на работе я почувствовала себя такой уставшей, что серьезно задумалась, а не залезть ли под свой гигантский письменный стол, чтобы подремать полчасика. Я становилась похожа на зомби все больше, и с каждым месяцем, прошедшем в таком режиме, мое здоровье ухудшалось все сильнее.

Тогда я осознала также, что глубокое истощение может лишить креативности и чувства юмора. Случалось ли подобное когда-нибудь с вами? Когда мое тело стало нуждаться во сне так сильно, что я перестала смеяться, я поняла: пора что-то менять.