Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество
- Автор: Кара-Мурза Сергей Георгиевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: ООО «Издательство Родина»
- ISBN: 978-5-00180-291-4
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество». Краткое содержание книги:
Сергей Георгиевич Кара-Мурза, выдающийся российский ученый, социолог и политолог, впервые провел полный и всесторонний анализ «нового средневековья» в своем фундаментальном исследовании, материалы для которого он собирал в течение тридцати лет. Здесь разбираются причины этого исторического явления, его характерные черты в политике, обществе, культуре, говорится о носителях и противниках новой средневековой идеологии. В книге приводится огромное количество фактического материала, основанного на сотнях различных источников.
Никто не удивляется, а ведь вещь поразительная: ни один из видных экономистов никогда не сказал, что советское хозяйство может быть переделано в рыночную экономику — но тут же требовал его немедленно переделать. Говорили не о том, «куда и зачем двигаться», а «каким транспортом» и «с какой скоростью». Безумным был уже сам лозунг перестройки — «Иного не дано!». Как это не дано? С каждого перекрестка идут несколько путей…
В социальной политике Н. П. Шмелев делал ставку на гипноз. Он требовал приватизации — но с «какой-то действенной социальной анестезией при проведении столь болезненной хирургической операции» призывал «приглушить какими-то компенсационными мерами понятную зависть все более и более нищающей толпы к удачливым предпринимателям». Этическая компонента исключалась им также и из установок работника: «Рубль должен быть поставлен в центр всего. Он и только он должен быть наградой за усердный труд».
Н. П. Шмелев, вместе с известными экономистами, настойчиво советовал совершить поворот России к «жизни в долг». Предлагалось сделать большие внешние заимствования, а отдавать долги государственной собственностью. Он писал в 1988 году: «По-видимому, мы могли бы занять на мировых кредитных рынках в ближайшие годы несколько десятков миллиардов долларов… Эти долгосрочные кредиты могли бы быть (при должных усилиях с нашей стороны) в будущем превращены в акции и облигации совместных предприятий» [177].
Многие из тех, кто читал эту статью, приняли это как начало демонтажа экономики СССР. Кто-то надеялся на конвергенцию с Западом, и для них эта статья была сигналом. Но никакого диалога не было.
Через год, когда страна уже втягивалась в кризис, Н. П. Шмелев так объяснял ситуацию в СССР в беседе с корреспондентом «Известий»: «Страна в тяжелейшем положении, и сегодня, пожалуй, не время обсуждать, почему мы в нем оказались… Продаваться должно все, что покупается. Не только потребительские изделия и строительные материалы, но и металл, грузовики, жилье, постройки и фермы — на селе, земля — в городе, в том числе иностранцам… Пора дать возможность купить клочок земли в городе каждому желающему» [178, с. 225, 227].
Но никто из экономистов высшего ранга не объяснил, как и почему «страна в тяжелейшем положении»? Какие ошибки сделали экономисты, консультанты, Правительство и ЦК КПСС? Что значило молчание? Это особый тип невежества…
Н. П. Шмелев говорит в интервью: «Не исключено, что частный банковский мир переведет нас в категорию политически ненадежных заемщиков, так что на солидные займы рассчитывать нам не придется… [Можно взять] под залог нашего золотого запаса… Зачем мы его храним? На случай войны? Но если разразится ядерная война, нам уже ничего не нужно будет» [178, с. 228, 229].
Вот мудрость профессора и эксперта. Зачем мы что-то храним? А если война? Тащи сюда золото!
Тогда же Н. П. Шмелев утверждал крайне странный вывод: «Фундаментальный принцип всей нашей административной системы — распределять! Эту систему мы должны решительно сломать» [178, с. 226].
Почему? Зачем ломать систему? Назвать распределение, одну из множества функций административных систем, принципом и даже фундаментальным — значит исказить всю структуру функций, нарушить меру, ведь при этом будет разрушено множество структур, которые выполняют другие функции, помимо распределения. Вероятно, многие удивились: ведь распределение — функция «всей нашей административной системы», т. е. государственной. Но даже если так преувеличивается значение функции распределения, почему же эту систему надо сразу сломать, причем решительно? Разве в обществе нет необходимости распределять? Вот, например, государственный бюджет — типичная система распределения. Представьте себе, что ее решительно сломали. Как бы к этому отнесся сам Н. П. Шмелев, будь он уже директором Института РАН? Ломать надо любую систему распределения или только «нашу административную»?
В 1992 г. Н. П. Шмелев написал важную статью «Ближайшие приоритеты» о том, что у нас нет «нормального здорового рынка». Но ведь он был одним из главных экономистов, консультантом ЦК КПСС, академиком и т. д. — почему же за семь лет эти экономисты довели хозяйство до «ненормального»? Он совершенно спокойно объяснил свою статью: «Кризис, охватывающий ныне советскую экономику, застал врасплох, по существу, всех, в т. ч. нашу экономическую науку… При нормальном здоровом рынке роль государства сводится к тому, чтобы устранить все препятствия на пути передвижения капиталов, товаров, идей, людей. До тех пор, пока этого нет, ни человек, ни предприятие, ни общество не могут получить ни реального суверенитета, ни демократии, хотя формально они и могут быть провозглашены» [401].