Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество
- Автор: Кара-Мурза Сергей Георгиевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: ООО «Издательство Родина»
- ISBN: 978-5-00180-291-4
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество». Краткое содержание книги:
Сергей Георгиевич Кара-Мурза, выдающийся российский ученый, социолог и политолог, впервые провел полный и всесторонний анализ «нового средневековья» в своем фундаментальном исследовании, материалы для которого он собирал в течение тридцати лет. Здесь разбираются причины этого исторического явления, его характерные черты в политике, обществе, культуре, говорится о носителях и противниках новой средневековой идеологии. В книге приводится огромное количество фактического материала, основанного на сотнях различных источников.
Далее «экономисты перестройки» вводят такую меру: «На ту же единицу национального дохода у нас уходит в 2,4 раза больше металла, чем в США». Здесь опять неопределимая категория: что значит «та же единица национального дохода»? Чему равна эта единица в США и СССР? Ведь всегда считалось, что понятия эти в хозяйстве СССР и США были очень различны, так что каждый раз надо четко объяснять, что под этим понимается и как одно пересчитывается в другое.
Сами же авторы пишут, что объем промышленной продукции СССР составлял 80 % от американского, а продукция сельского хозяйства — 85 %. Металлический фонд в СССР был намного меньше, чем в США, — каким же образом «на ту же» единицу национального дохода у нас могло уходить в 2,4 раза больше металла? Хоть какой-то расчет и какие-то логические выкладки должны же были привести экономисты! Ведь на основании подобных заявлений предлагалось ни много ни мало сменить сам тип хозяйственной системы огромной страны.
Додумать за авторов, откуда взялась эта цифра — 2,4, невозможно. Известно, что в 1971 г, металлоемкость производства промышленности СССР составляла 952 т металла на 1 млн руб. валовой продукции, а в сельском хозяйстве 660 т на 1 млн руб. валовой продукции. Сравнить эти показатели с показателями США непросто — цены на одну и ту же продукцию в СССР и США различались очень резко. Но все равно металлоемкость продукции в СССР была заведомо ниже, чем в США, — меньше у нас было сооружений и машин, причем намного меньше, а это главный фактор металлоемкости производства. Ведь в производстве национального дохода участвуют и рельсы с локомотивами, и мосты с автострадами.
Подавление здравого смысла, меры и логики — тяжелая болезнь культуры. Можно предположить, что, выявляя и разбирая показательные случаи, мы способствуем восстановлению навыков критического анализа и логических умозаключений. Возможно, это раздражает тех, кто такие навыки сам не утратил.
Но главное, что Н. П. Шмелев представил радикальный проект деиндустриализации. В этом плане он так трактовал экономические перспективы России: «Наиболее важная экономическая проблема России — необходимость избавления от значительной части промышленного потенциала, которая, как оказалось, либо вообще не нужна стране, либо нежизнеспособна в нормальных, то есть конкурентных, условиях. Большинство экспертов сходятся во мнении, что речь идет о необходимости закрытия или радикальной модернизации от 1/3 до 2/3 промышленных мощностей…
Если, по существующим оценкам, через 20 лет в наиболее развитой части мира в чисто материальном производстве будет занято не более 5 % трудоспособного населения (2–3 % в традиционной промышленности и 1–1,5 % в сельском хозяйстве) — значит, это и наша перспектива» [180].
Н. П. Шмелев придавал доктрине реформ тотальный характер. Он писал: «Сегодня в нашей промышленности 1/3 рабочей силы является излишней по нашим же техническим нормам, а в ряде отраслей, городов и районов все занятые — излишни абсолютно» [180].
Все это печаталось в социологическом журнале Российской Академии наук! И ведь эта мысль о лишних работниках России очень устойчива. В 2003 г. Шмелев написал: «Если бы сейчас экономика развивалась по-коммерчески жестко, без оглядки на социальные потрясения, нам бы пришлось высвободить треть страны. И это притом, что у нас и сейчас уже 12–13 % безработных. Тут мы впереди Европы. Добавьте к этому, что заводы-гиганты ближайшие несколько десятилетий обречены выплескивать рабочих, поскольку не могут справиться с этим огромным количеством лишних» [181].
В. В. Путин писал в 2012 г.: «Фактически мы пережили масштабную деиндустриализацию. Потерю качества и тотальное упрощение структуры производства… Мы прошли через деиндустриализацию, структура экономики сильно деформирована» [182].
Но когорта этих экономистов промолчала. А люди, получившие от них заряд невежества, еще носят в глубине его осколки, которые мешают рационально мыслить.
Клямкин Игорь Моисеевич[61]
И. М. Клямкин в 1968 году окончил заочное отделение факультета журналистики МГУ и стал сотрудником в политической системе (сначала в ВЛКСМ). В начале перестройки стал выдающимся идеологическим публицистом, его статьи были популярны. Например, одной из самых известных статей была «Какая улица ведёт к храму?» («Новый мир», 1987). Он вступил в полемику с известными учеными. Эта дискуссия представила важные и даже фундаментальные противоречия (хотя оппонент И. М. Клямкина умер в 1984 г.).
61
И. М. Клямкин — в 1963–1974 гг. работал в газете «Комсомольская правда» и журнале «Молодой коммунист». В 1988 г., во время перестройки, написал книгу «Революционный марксизм против методологии ревизионизма и центризма: Проблема творческого развития теории и метода марксизма». В 1987–1991 годах работал в должности старшего научного сотрудника Института экономики мировой социалистической системы, потом был руководителем аналитического центра фонда «Общественное мнение» (ФОМ). Российский политолог, философ и публицист. Доктор философских наук, профессор, советник НИУ ВШЭ.