Зона отчуждения

проскулил и попытался дернуться, но мне не дали. - Тшшш... Все хорошо... Ну, пожалуйста, милый... Надень джинсы мелкого, - рука осторожно, но настойчиво, начала сдирать с меня штаны. - Трусы оставь, урод! - Не боись! Мне стало смешно, и я хихикнул. - М? Ты чего? - не понял Зверь, и я выматерился. - Ты хоть представляешь, как мы сейчас выглядим со стороны, кретин? - О! - завывал Мозаик. - Выглядите вы просто очумело! - Да, представляю, - горячий выдох мне в щеку, - ну, ты же по-человечески не захотел? Сдаешься, милый? Ну, пожалуйста... Сделай Святу приятно, а? - Я сдела...ю... Я тебе ТАК сделаю приятно! Ты у меня выть будешь! - снова взвинтило меня, но тут же я был вынужден сдуться в крепких объятиях. Я был уставший, мойка вымотала меня не на шутку, но Зверь был такой, как будто целый день валялся на диване, а не пахал, как папа Карло. - Буду... Обязательно буду, маньяк ты мой сексуальный! Но не здесь и не сейчас, ладно? Дин, котенок... Ну, пожалуйста... Давай, завтра побережем нервы друг другу? Ты же любишь меня? Любишь? - губы касались моего уха, и я рвано выдыхал, слушая этот елейный голос, растапливающий мне мозг, заставляя расслабляться и успокаиваться. - Ни капельки... Отъебись! - прохрипел я, попытавшись его лягнуть, но теперь без особого усердия, так, для вида, чувствуя на бедрах болтающиеся расстегнутые джинсы. - Вот, я же знал, что любишь, - хмыкнул Свят, нежно поддерживая меня под живот. - Так что... Я тебя сейчас отпущу, отойду, и ты спокойно натянешь на себя Янусины джинсы, окей? Договорились? Да? Скажи? - А если я скажу: "Нет"? - я все еще не хотел сдаваться. - Нет? Ты уверен? - наглая рука, скользнувшая вниз, отчего я вздрогнул, подхватила меня под яйца и осторожно, но чувствительно, начала их сжимать. - Ой... - выдохнул я. - Ты и сейчас уверен, что не хочешь сказать мне "да", котенок? Ммм? - промурлыкало оно и лизнуло мне щеку. - Не... Не очень уверен... Чуть более сильное сжатие, и я завопил: - Все-все-все! Я уверен, что хочу сказать: "Да"!!! Уверен! Отпусти, сволочь! Меня резко отпустили, и я почти осел, выдыхая, хватаясь за пах. А эти гады клонированные просто покатывались с меня! - Да, пошли вы! Уроды, мать вашу! - я тоже улыбнулся, схватил с подоконника пачку сигарет, швырнул в их сторону, а Свят поймал, плюхаясь рядом с братом и в ответ кидая мне джинсы Яна. Закусив губу, смотрел на меня вот такого, растрепанного, без штанов, злющего... - Давай, милый! Мы ждем! - Ждут они, - я вернулся на кухню, сел на стул, пыхтя от негодования, - Зверь ревнючий! Убил бы! Р-р-р... - Потрынди мне еще! Кто бы говорил-то, а? Кто сам чуть не лопнул от ревности? Я думал, покусаешь ту телку на мойке! И Яну: - Мелкий, ты бы видел эту картину! А ночью? Бля! Во! Ты знаешь, что было ночью? - Свят, заткнись! - теперь я тоже швырнул в него джинсами, только уже своими. - Ночью? Что было? - Ян смотрел то на меня, то на брата. - Не вредничай, Дин, ну? Что тут такого? Подумаешь! Ну, я расскажу, ладно? - Свят бережно складывал мои джинсы, как родные. - Блин, - прогундел я. - Во! Короче, прикинь, - видимо, Зверь понял мое "блин", как согласие, и продолжил. - Это недоразумение слепое встало ночью поссать, заметило только тебя рядом с собой и пошло ко мне на кухню. - Я курить пошел, а не к тебе! - возмутился я. - Ну да, блин, какая разница? Короче, приходит, а меня, блядь, нету! Какая досада! Прикинь? И кинуло нашего мальчика в панику! И как ты думаешь, о чем это недоразумение подумало в первую очередь? - Свят довольно потер нос, а я угрюмо и шумно выдохнул. - Ни за что не догадаешься! Он решил, что я - с Белкой! - Чего? С кем? - Ян хихикнул и покачал головой. - Во ты, Ди-и-ин... - А ну вас! Блин! А что я должен был подумать? - Да, что угодно, но уж точно не это! - Ян ржал от души. - Ну... Так я еще подумал, что он мог домой пойти, - пытался я оправдаться, сам уже не сдерживая улыбку. - Ага! И решил тебя поднять, чтобы допрос устроить! - Свят коснулся колена брата и перевел взгляд на меня. - Как ты еще сразу к Белке не поперся на разборки, не знаю! - Иди ты! Не дебил же я! - Ну да, не дебил! - все ржал Свят. - Только потом улегся рядом со мной, когда все-таки нашел меня в постели! А, милый? Да? Покараулить меня решил? - Какая ты сука, Свят! Я убью тебя, гад! Янусь, не слушай его, придурка! - я натягивал на себя узкие джинсы Мозаика и видел, как, глядя на это, Свят ржет все менее уверенно. И я понимал, почему. Ох, как понимал! Джинсы Яна были гораздо теснее моих, с низко сидящим поясом на выступающих косточках, и та-а-ак обтягивали мои икры... И не только их. А я еще встал, раздвинув ноги и засунув большие пальцы рук за оттянутый пояс, и, закусив уголок нижней губы, смотрел то на одного, то на второго клона. Через несколько секунд надо мной уже никто не ржал. Мальчики оба пялились на мои ноги. На бедра. На пояс, открывающий немало интересного... На обтянутый тканью пах. - Что скажешь, Зверь мой? - издевательски нежно спросил я и видел по нецензурному выражению лица Свята, что он понял, как облажался. - Завтра. Натянешь. Фартук. И не ипет, понял? - процедил он сквозь зубы, и мы с Мозаиком чуть не скончались, заржав так, что, наверное, задребезжали в окнах стекла. И, конечно же, я был без фартука на следующий день, как бы Свят ни скрипел зубами. А я еще завязал волосы в хвост, открывая шею. Да, Зверь психовал, но понимал, что с джинсами сам виноват. В этот день я не стал выводить Свята еще больше. Но, когда уже почти в шесть вечера девушка, вовсю заигрывающая со мной, сунувшая мне в руки вместе с чаевыми визитку, попросила позвонить... Ну, там, может вместе кофе выпить или в клуб сходить? Это уже была не моя вина, и отказаться все это взять я не мог. И, чтобы не усугублять ситуацию, под пристальный и колючий до невозможности взгляд монстра поблагодарил ее спокойно и пообещал позвонить. А когда она отъехала, я по доброй воле подошел к моему напряженному зверю и медленно, глядя в сверкающие от гнева глаза, разорвал карточку на маленькие кусочки. Он не выдержал и улыбнулся, качая головой: - Третьего дня кто-то из нас уж точно бы не пережил. Я ответил: - Знаю. Конечно, я ревновал его и раньше. Но насколько сильно вообще ревновать способен, я понял только в эти два дня на мойке. И думаю, что для Свята это тоже было так. Мы отстрелялись, короче. За два дня с чаевыми у нас получилось почти четыре тысячи - это было просто классно. Олег остался доволен нами. Даже пригласил, если что, приходить по мере надобности на подработку. - Блин, отметить бы как-нибудь, а? - мечтательно выдохнул Свят, сложив руки на груди, покачивая коленом возле коробки передач. - Пока нечего отмечать, родной, - я не выдержал и погладил его острое колено. - Успеем... Когда получим результаты Белки. Свят повернулся ко мне. - Веришь, что все обойдется? - Да, - я даже не помедлил, - верю. И вообще, тебе самому не кажется, что это уж было бы слишком - столько гадостей от жизни для одного? Глаза разноцветные, хотя, я не считаю это недостатком, но Яна это напрягает по-любому... Потом - астма, отец бросил! И теперь еще что? СПИДа только не хватало для полного счастья! Нет, не верю! Это уже был бы просто перебор... Свят не сводил с меня глаз. Да, в салоне было сумрачно, все-таки восьмой час как-никак, но уж никакого освещения мне не было нужно, чтобы чувствовать на себе его взгляд. - Угу, еще и в любовниках брат-близнец и падший Ангел... Это действительно перебор. Я улыбнулся. Кивнул. - Вот, ты меня понимаешь. Так что, СПИД для Мозаика отменяется, правда? - Правда. Немного тишины, и только я знал, что наши мысли в это время были об одном и том же. - Дин... Мне пиздец как страшно... - Я знаю, Святусь. По себе... - А ему это как, прикинь? - Даже думать боюсь на эту тему. - Следующая неделя для него... Даже не представляю... - Мы будем рядом. И ты, и я. А завтра мои только к вечеру приедут и не узнают, что я в школе не был. Так что... Я сам отвезу Белку в клинику, да? Не хочу вообще туда тащить Яна. И не хочу, чтобы Ян в школе один был после всего... - я запнулся, - ну того... Что я в пятницу устроил. - Да, ты прав, - согласился Свят. - Окей... И я так понимаю, ты потом Белку отвезешь к ней на хату? - Конечно, она сама просила уже. У нее каких-то там дел накопилось, и, как я понял, она собирается восстанавливаться в институте. - И не станем мелкого вообще оставлять одного, да? Нигде. Я после школы буду к вам приезжать и делать уроки. Тем более, если ты надумаешь в бассейн идти. - Нет, может, в конце недели разок схожу... В пятницу, скорее всего. Еще рано из-за татухи... Предки твои не взбунтуются, что столько времени будешь не дома? - Не взбунтуются. Уроки я буду делать с вами, пусть проверяют, если что. Ночевать дома. Как прилежный мальчик. Все будет хорошо, Зверь ты мой, - я положил руку на его бедро ладонью вверх, и он, накрыв ее своей, переплел наши пальцы, потом поднял руки и прикоснулся губами к моей кисти. Я стиснул зубы. - Ты мой... Приле-е-ежный, - прошептал он тягуче, усмехнувшись. А мне захотелось выматериться. Несмотря на эту его усмешку, я же понимал, что ею он прикрывает свое смущение от поцелуя, вернее, той нежности, которую не смог подавить, и именно поэтому такая дикая буря эмоций всколыхнулась внутри. Только вместо матов я сглотнул и хрипло выдал: - Гад ты... Блин... Мы все-таки решили немного отметить наш первый заработок. Мороженым, колой и чипсами. Купили несколько больших упаковок пломбира с разными наполнителями - одну Свят сразу отнес матери, а все остальные уже были для нас. И весь вечер жрали его, дурея, кормили друг друга и с рук, и с губ... Облизывая чумазые, но счастливые рожи. *** Утром я впервые ощутил признаки начинающегося нервного мандража у Мозаи�