Зона отчуждения

я обострения всех болячек... А он к тому же на нервах уже сколько. И курит, сучонок... Да, и если будет кататься, все-таки нагрузки, понимаешь? Мне так будет спокойнее, Дин. Пожалуйста... - Бля, - зашептал я в ответ. - Да разве я отказываюсь, ты чего? Я все понял. - И не говори ему... - Успокойся ты, ну? Не скажу, конечно, - я, невесело улыбаясь, засовывал ингалятор во внутренний, закрывающийся молнией, карман курточки. - Все будет хорошо, родной. Это же не плохо, что он хочет побыть с Киром, покататься... Я же с ним буду. Ну, ты чего? Чего ты взвинченный, больше чем надо? А, Святусь? - Не знаю... Просто как-то... Неспокойно, - он неопределенно пожал плечами. - Не бери в голову. Вы аккуратнее вообще там, ладно? И не торчите до темноты, - он поправил на мне воротник, убрал волосы с плеча. - Бля... Свят, угомонись, а? Нам же не по десять лет. - Знаю, но... Просто пообещай, - он виновато улыбнулся, стесняясь этой открытой заботы, только я задним умом понимал, вернее, чувствовал, что все это у Свята не от нечего делать, а на подсознательном уровне, как ощущение надвигающейся угрозы. Предчувствия ее, как от запаха озона перед грозой... Нежность, прошедшая по душе, как катком, заставила меня почти скрипнуть зубами, и я не мог не сделать того, чего мне так хотелось - я вцепился ему в свитер на груди и притянул к себе, перехватывая за талию, заставляя сделать к себе еще один шаг. И сам, немного стесняясь этого порыва, зарылся лицом ему в сгиб шеи, целуя ее, сдерживая скулеж. - Обещаю... Конечно, обещаю... И ты мне пообещай? - Что, котенок? - Что не будешь пялиться на голые задницы парней в душе. Свят хмыкнул, ткнувшись носом мне в висок. - Ты придурок, Дин... И не лечишься, - тихо прохрипел он, а я улыбался. - Не нужны мне чужие задницы. - Ну, раньше ведь были нужны? - вредничал я, тихонько поглаживая его спину сквозь свитер. - Раньше у меня не было твоей, - пальцы пробрались мне под волосы, стискивая затылок, лаская кожу головы. - Моя лучше всех? - шмыгнул я. - Знаешь, у всех остальных задниц всегда будет один недостаток... Я поднял голову, заглядывая в голубые глаза. - Какой? - Не ты их хозяин, - шепот с улыбкой на губах и поцелуй в нос. - Я обожаю тебя, чертов придурошный блонд. Обожаю так, что сердце иногда болит. Понял? *** Ян был не то чтобы в приподнятом настроении, а в каком-то нервом возбуждении. Мне это не очень нравилось, его состояние мне больше напоминало лихорадочное... Блестели глаза, он часто облизывал губы, и просто выступала над верхней губой испарина, он был как-то еще дерганей, чем обычно. И я пытался успокаивать себя тем, что на самом деле он очень скучал по скейту и друзьям. Не более. Но я все равно не выдержал и спросил, и получил ответ, что все нормально. Ну, нормально и нормально... Мало ли, что мне могло показаться. Короче, когда мы приехали к пандусам, там уже были Кир и еще один их друг - Алик, которого я видел впервые. Эмо, еще похлеще моего Януси, в плане всяких фенечек и прибамбасов. Такой же тоненький, как и Ян, правда, ростом чуть пониже. Но это его совсем не портило. С пирсом и в губе, и в брови, да и глаза там были явно подведены. И с таким... Таким пошлым нескрываемым интересом в них. Когда видишь, что тебя оценивают вовсе не как нового знакомого, чувствуешь это сразу. Еще полгода назад меня бы покоробило от всех этих цацек и мейка, но сейчас я даже сам удивился, насколько все его причуды казались органичными. Они поздоровались с Яном, я пожал руки Киру и Альке, когда меня с ним познакомил Мозаик. Чуть позже, когда мы с Мозаиком оказались немного в стороне от парней, и он приобнял меня за шею, стоя на скейте, я спросил, заметив, с каким интересом на нас поглядывает Алик: - Котенок, Алька тоже в теме? - А что, очень заметно? - Мозаик хитро сощурился. - Бля... Да, только что на лбу не написано, - я пожал плечами. - Не верь глазам своим, он всегда так провокационно себя ведет, придурок... А сам не траханный ни разу... - Опа! Ты серьезно? - в это действительно мало верилось. - Да, вполне. Ему шестнадцать только-только исполнилось. Ты бы видел, как он со Святом заигрывал, - Ян закусил нижнюю губу, качая головой. - Это что-то! - Ну, ни фига ж себе... Со Святом? - О, да-а-а! Это еще до того, как Свят на мальчиков перекинулся. Его аж корежило от такого... - Пипец! А потом, когда... Они не сталкивались? - Издеваешься? Чтобы Свят трахал кого-то на столько моложе себя? Не-а... - А, ну, понятно... Алька в курсе нас с тобой, Янусь? - Знает ли, что ты - мой парень? - улыбаясь, уточнил Ян, глядя сверху вниз, откидывая челку с влажного лба, и у меня подвело низ живота. И от этого - "ты мой парень", и от блеска самых замечательных глаз на свете. - Угу. - Ну... Я думаю, даже если не знал до этого, то сейчас узнает, - он поиграл бровями, до мурашек напоминая этим своего брата. - Мне не очень понравилось, как он смотрел на тебя, - и без всяких заморочек развернулся ко мне лицом, обвив руками шею, касаясь бедрами моих. - Поцелуй меня, Дин, - попросил вдруг, закладывая волосы себе за ухо, открывая щеку, покрытую нежным пушком, пристально всматриваясь в меня, после того, как медленно обвел взглядом пустые пандусы и дорожку, уходящую к остановке. - Ого! - только и смог произнести я. - Слабо? Я хочу... Чтобы ты сам... Пожалуйста, - хитрые бесстыжие глаза с нескрываемым вызовом, дерзостью... А еще с невероятной нежностью в них. Это было... Было до одури восхитительно. Это разноглазое чудо знало, чем лишать меня воли. Я всеми клеточками чувствовал, как он гордится тем, что я с ним... Что я - его... И я сделал то, о чем он просил. Я сам его поцеловал, взяв лицо в ладони и наклоняя к себе. Правда, хотел только оставить влажный поцелуй на его губах, но... После прикосновения к ним, таким теплым, открывшимся мне навстречу, остановиться не смог. И этот поцелуй перешел в глубокий... О-о-очень глубокий. А Ян еще сильнее обвил меня руками за шею, сминая курточку у меня на плечах. Со стороны парней донесся свист восхищения, и я не мог не улыбаться, все еще продолжая его целовать, постепенно уменьшая напор. Почти скуля оттого, что нет возможности продолжить. А Ян смущенно усмехнулся, когда отстранился. Потом кинул взгляд в сторону парней и опустил голову, накрыв верхнюю губу языком, кивнув им, после того, как Алик показал ему большой палец. Поправил застежку наколенника, склонившись, занавесившись волосами. Но я знал, что он улыбается. Блин... Ох уж эти клоны! А я полез за сигаретами, садясь на краешек лавки, тоже пряча улыбку, касаясь языком своих губ. - Спасибо, Дин, - Ян присел на корточки возле меня, играясь с застежкой на кожаных перчатках с обрезанными пальцами. Я не выдержал и засмеялся, закрывая глаза, качая головой, понимая, как безрассудно веду себя. Клиника, мать ее... - Одуреть! - все-таки вырвалось у меня, и я услышал смех Яна. - Дин... А, Дин? Стремно, да, котик? - Зараза ты, - я потрепал его по макушке. - Знаешь... Я только что впервые сосался с парнем при ком-то, кроме Свята. - Ну, как бы... догадываюсь. И я точно так же... Так что, с дебютом нас обоих! Да? - Видимо, да! - я, хмыкнув, поковырял небольшую дырку на коленке. - И это... Не волнуйся насчет Альки, - мое эмо смотрело, хитро щурясь. - Он знает все. Я заранее попросил Кира ему об этом намекнуть. Ян, опершись о мою коленку, поднялся с корточек и, боднув меня лбом в плечо, еще раз поправил наколенники, глядя, как я возмущенно качаю головой. - Не ругайся. Ну... Вот такой я вредный. Да-а-а... Но зато я очень тебя люблю. Я пойду, съеду с верха, ладно? Побудешь без меня немного? Не умрешь от тоски? - Иди ты! Любит он. Не умру... Вали уже. И аккуратнее там, - я шлепнул его по заднице и тоже встал, направляясь в сторону друзей Яна, когда он, оглядываясь, пошел по лестнице к кинотеатру. Я видел, что Яна как будто отпустило напряжение. И, конечно же, это не могло не радовать. Но если бы я знал, что следующие четверть часа так все усугубят, сейчас бы я не радовался. Я подошел к парням, расстегивая на ходу курточку, бросая ее на скамейку. Алик вскинул бровь, натягивая перчатки, тоже собираясь кататься после передышки. - А неплохо вы смотритесь, - и шикнул от предостерегающего толчка Кирилла. - Что? Не так, что ли? - Заткнись, а? - сплюнул Кир, и я уселся рядом с ним на скамейку, стараясь не лыбиться. - Да, нормально все, перестань, - я смотрел на зажигающиеся фонари возле кинотеатра, хотя только-только начало вечереть. Мозаик забрался на самую высокую часть, положил перед собой доску и застегнул замочек на куртке. Я любовался стройной высокой фигурой своего эмо-боя, и мне было в кайф понимать, что он так же принадлежит мне, как и я ему. - Ну, хули он так высоко? Наебнется же! - Алик подхватил доску, намереваясь направиться к Яну. - Ничего, он нормально "упаковался", - спокойно отозвался Кир об экипировке. - А падать так, чтобы не вывихнуть себе плечи, он научился уже после первого раза. Я усмехнулся, Кир глянул на меня и тоже улыбнулся. - Мда уж... Запоминающееся падение, - я так и не сводил глаз с моего парня, с замирающим от восторга, восхищения и страха сердцем. Внутри все сжималось и ухало куда-то вниз на особо красивых и, по-моему, опасных его выкрутасах. - Ох, епт! - не выдержал я, когда Ян уже внизу, недалеко от нас, поддел доску и, дав ей провернуться под собой в воздухе несколько раз, красиво приземлился на нее снова. - О, е-е-е! - Кир тоже смотрел на Яна с восхищением. - Он же раньше всех кататься научился. У нас клуб был, он тебе не говорил? - Нет, я думал, что вы самоучки, - удивился я. - Не-а, в клубе учились, пока его не закрыли. Тренер попал в аварию, повредил спину... Не до нас ему было. Ну, пришлось уже самим пот